Белые снегири - 75 -4-

4. МЕМУАРИСТИКА, ДНЕВНИКИ

Ирина ЕРМАКОВА
( г. Талдом)

НЕОКОНЧЕННЫЙ ДНЕВНИК

Что лучше всего согреет душу, когда всё вокруг становится серым, даже дождь, холодный, монотонный, нудный? Что станет будильником для надежды и поможет дожить до весны? Воспоминания. Светлые, наполненные солнечным теплом, пёстрые, как бабушкин шарф. Когда серо и грустно, мы заворачиваемся в них, как в уютный плед, снова и снова вызывая в памяти счастливые моменты нашей жизни...
Долгожданный, удивительно тёплый август. Мне семь, и я живу в стране счастливого детства. Наконец-то в школу. Мы с тобой идём в фотоателье, потом гуляем в парке, едим мороженое и что-то весело обсуждаем. Моё любимое фото в семейном альбоме. На нём молодая красивая женщина, рядом девочка с очень серьёзным взглядом исподлобья. Она кажется себе очень взрослой...
Мне десять. День, когда мы всей семьёй едем на пикник. В сумке большое покрывало, а в корзине – термос с чаем и бутерброды. От автобусной остановки идём пешком через поле. Аромат разнотравья щекочет ноздри, громко стрекочут кузнечики, с цветка на цветок порхают бабочки и стрекозы. Расположились на берегу живописной речушки. Кристально белый песок, раскаленный солнцем, вода как парное молоко, шелест камыша. Мы играем в мяч. Потом дружно бежим и плюхаемся в речку, папа учит меня плавать, но скоро мама выгоняет нас из воды и кормит бутербродами. Вдруг - ливень. Мы укрылись в доме неподалёку, но успели вымокнуть до нитки. Бабушка Валя встретила нас как родных, усадила у печки, поставила самовар и угощала пирогами. В доме пахло луговой травой, уютно скрипели половицы, и под негромкие разговоры взрослых я уснула...
Конечно, мама, ты догадалась, когда твоя девочка влюбилась. Мамы всегда всё знают и понимают. Мне 14. Мальчик из дворовой компании поет под гитару "Хочешь, я тебе подарю букет из звёзд? ". В этот момент верится, что эта песня - только для меня...
Мне 20. Только что я выступила с докладом на ежегодной студенческой конференции по литературе. Очень волновалась, но справилась. Поняла это, когда услышала скупую похвалу от самого строгого преподавателя вуза...
Новые города и страны... Воспоминания о путешествиях - не менее эффективный антидепрессант, чем сами путешествия. Как хорошо, что они были, такие разные, и, очень надеюсь, что еще будут...
"Привет, дочь! " - мой самый любимый день. Маленькая кнопочка с царапиной над бровью, с очень строгим выражением лица... Вот она улыбается, говорит "мама", делает первые шаги. С ней связано столько чудесных воспоминаний!
Когда зима всё укроет толстым пушистым ковром, всей семьёй мы возьмём лопаты в руки: большую, среднюю и маленькую, - и пойдем прокладывать дорожки в снегу, копать ходы и строить снежные замки. И внутри, и снаружи должно быть красиво!

Мечты о лете

В тот год в июле было настоящее адово пеклище. Сидим в душном офисе, кондиционер не справляется, плавимся, а работать надо. Отчёт сам себя не сделает. У меня немного не сошлись циферки. Ну как немного, почти все. Решила сделать паузу и выпить... Нет, не кофе, а воды с лимоном.
Пишу подруге: "Как дела? Как вы с жарой сосуществуете? Удалось ли договориться о перемирии? " В ответ она присылает фотографию, где купается в Оке. И приписка: "Дома ждет обед - малина с молоком". Отвечаю: "Как здорово! Вот бы и мне так!" А она: "Приезжай, малины ещё много" и смайлики зазывные шлет. Я: "Уже выезжаю " и подмигиваю. " Жду" – в ответ.
Вдохновившись предстоящей поездкой, я доделала отчет, разгребла все срочные дела, взяла отгул на пятницу и в ночь отправилась от суеты, жары, кучи дел подальше, в Рязанскую область, в зелёный уютный посёлок на берегу Оки.
Такого рассвета, как на Белом озере, я никогда не видела! Вот горизонт светлеет, окрашивается в теплые тона, ночь ещё хорохорится, но отступает, светлая полоса становится шире и вот - из-за горизонта показывается край солнечного диска, ночь отступила, ночи больше нет. Да здравствует рождение нового дня!
В 8 утра стучусь в калитку. Кутаясь в халат, выходит моя подруга: "Вот миска, малина там, - машет рукой в сторону зарослей, - молоко в холодильнике, я еще сплю". Как можно спать в такое прекрасное утро!
Какие чудесные были эти три дня! В промежутке между малиной, купанием и рыбалкой, съездили в Касимов - город с интересной историей, где переплелось русское и татарское. А вечерний костёр на берегу Оки! Звуки дня затихают, по реке стелется туман, и наступает время для задушевных бесед.
Вернулась в Москву на подъеме. Так было хорошо и легко. Тот июль подарил ощущение счастья.

Что выросло, то выросло

Однажды решили мы завести небольшой огородик, буквально пару грядок. Овощи полезные, зелень свежая - красота! Страстные огородники нас горячо поддержали: "В нашем полку прибыло, молодцы!" И поделились рассадой огурцов, кабачков и тыквы.
От кабачков мы отказались сразу. Чтобы потом голова не болела, куда пристроить такое количество урожая. Выбросить не вариант: сажали-поливали-пололи- жалко же.
С огурцами сразу не заладилось. Рассада погибла. Второй раз посадили огурцы, только взошли, по листу выбросили - заморозки. И в третий раз посадили огурцы - птицы склевали. Прям из земли выковыривали и жрали. Ну, ладно, не судьба, выходит, огурчиками похрустеть...а, нет, все-таки, уцелели два семечка, росли-росли, да и выросли в густые колючие заросли и до октября кормили сладкими, хрустящими, пупырчатыми.
Тыкве очень понравилось место посадки. Она зеленела, цвела, плоды отращивала. Любо-дорого посмотреть. Как-то в августе была у нас в гостях бабушка. Пошла в тыквы прогуляться, возвращается и говорит: "У вас там кабачки тоже выросли. Зелёные в полосочку". Как же так! Откуда? Всё- таки просочились диверсанты!
Отправили фото необычных кабачков самым опытным огородникам. А они отвечают: " Да, отличная тыква, сорт "Жемчужина" мускатная. Только рано вы её сорвали". В копилке семейных историй прибыло.

Зима в Москве

Больница. Окно палаты выходило во внутренний двор. Оттуда был виден лишь серый квадрат неба и коробки других корпусов, такие же серые, как та московская зима.
Принять с должным смирением унылый урбанистический пейзаж, который предстояло лицезреть в ближайшие две недели, помогло оно - дерево, чёрное, раскидистое, высокое. Его переплетенные ветви-руки, заломленные в немой мольбе, почти каждую ночь раскачивал бродяга- ветер, и они стучали в наше окно. На песню ветра дерево отвечало скрипом ветвей и тяжёлыми вздохами. Иногда хотелось распахнуть окно и обнять дерево, чтобы оно не чувствовало себя таким одиноким.
Днём на его ветвях обитали вороны. Хитро прищурив один глаз, они поглядывали на окна палат в надежде, что им хоть что-то перепадет из скромной больничной трапезы. А когда терпение было на исходе, возмущенно ругались на своём трескучем языке и хлопали крыльями.
Иногда в наш двор-колодец забредали солнечные лучики и тогда картина за окном менялась, будто по мановению волшебной палочки. Серый был скомкан и повержен, чёрный вспоминал о скромности и прятал свою зловещность, и дерево, погруженное в зимний сон, становилось прекрасным…
С этим деревом я провела много времени, размышляя, строя планы.
Для меня оно стало символом надежды.