Иван Бунин, жена, любовница и любовница любовницы

Писатель Иван Бунин родился 22 октября 1870 года в Воронеже, но список городов и стран, с которыми связана его судьба, огромен: Елец, Орел, Полтава, Петербург и Москва, Одесса и, конечно, Париж и Грасс. А вот женщин, которыми был увлечен писатель в разное время его жизни, было куда меньше, но каждый роман был полон драм и страстей. Биографы называют четыре главных женских имени в жизни Бунина: Варвара Пащенко, Анна Цакни, Вера Муромская и Галина Кузнецова.

Верная жена и ангел-хранитель

Иван Бунин и Вера Муромцева познакомились в 1906 году. За плечами писателя тогда уже было два брака.
Муромцева происходила из дворянской семьи и была прекрасно образованна. Она могла похвастаться знанием четырех иностранных языков и занималась переводами. Вера встретила писателя на литературном вечере в доме общего знакомого, и Иван ей сразу понравился.
Бунин и Муромцева стали встречаться и в следующем году отправились в путешествие за границу. Статус гражданской жены девушку не смущал. Она вообще не стремилась замуж за литератора: «Никогда не хотела связывать своей жизни с писателем. В то время почти о всех писателях рассказывали, что у них вечные романы и у некоторых по нескольку жен», — говорила Вера.
В 1920 году пара эмигрировала во Францию, а в 1922 году влюбленные связали себя узами брака. Супружеская жизнь Буниных была тихой и спокойной — писатель работал, а Вера ему помогала, перепечатывая его рукописи. Но в 1926 году семейной идиллии пришел конец.

Писатель познакомился с поэтессой Галиной Кузнецовой, которая была моложе его на 30 лет, и закрутил роман за спиной жены. Когда влюбленные поняли, что все зашло очень далеко, Кузнецова ушла от своего супруга. Однако Бунин не стал разводиться с Верой и нашел другой выход из ситуации – он просто привел Кузнецову к ним домой, представив ее жене как свою ученицу. Так они стали жить втроем.
Первое время Муромцева верила, что ее мужа с молодой поэтессой действительно связывают только профессиональные отношения. Но потом, конечно, догадалась об их истинных чувствах друг к другу. Что творилось тогда у Муромцевой на душе, можно только догадываться. Но она так любила своего мужа, что приняла его любовницу. «Я вдруг поняла, что не имею даже права мешать Яну (так она называла Бунина. — прим. ред.) любить, кого он хочет, раз любовь его имеет источник в Боге. Пусть любит Галину — только бы от этой любви ему было сладостно на душе», — говорила супруга писателя.

Надо сказать, что формат шведской семьи в обществе вызывал непонимание и осуждение. Но в то время как Бунин наслаждался романом с молодой возлюбленной, Вера просто покорно терпела и молча смирилась с новой жизнью. Бунин любил обеих женщин, но каждую по-своему: «Люблю ли я ее? Разве я люблю руку свою или ногу? Разве замечаю воздух, которым дышу? А отсеки мне руку или ногу или лиши меня воздуха — я изойду кровью, задохнусь — умру. Да, без нее я вряд ли могу жить. Всегда благодарю Бога, до последнего моего вздоха благодарить Его буду за то, что он послал мне Веру Николаевну», — говорил писатель о жене.

Вера и Галина первое время не ладили: Муромцеву в сопернице раздражала ее избалованность, а Кузнецову — покорность Муромцевой и чрезмерная забота о муже. Однако со временем две женщины сблизились, их отношения стали похожи на отношения матери и дочери.

Кузнецова же описала свою жизнь с Буниными в книге «Грасский дневник»: «Живу здесь почти три недели, а дела не делаю. Написала всего два стихотворения, прозы же никакой. Все хожу, смотрю вокруг, обещаю себе насладиться красотой окружающего как можно полнее, потом работать, писать, но даже насладиться до конца не удается. По утрам срезаю розы - ими увиты все изгороди, - выбрасываю из них зеленых жуков, поедающих сердцевину цветка… Обычно я же наполняю все кувшины в доме цветами, что И. А. называет «заниматься эстетикой». Сам он любит цветы издали, говоря, что на столе они ему мешают».

Через несколько лет в семье Буниных случилось еще одно «пополнение» — писатель пригласил к себе домой начинающего литератора Леонида Зурова, который стал жить с ними. Зуров влюбился в Муромцеву, но та не отвечала ему взаимностью.

Предательство

В 1933 году Бунину вручили Нобелевскую премию по литературе. На церемонию в Стокгольм он приехал вместе с женой и любовницей. По возвращении домой Бунин решил навестить в Берлине своего приятеля Федора Степуна, что, как оказалось, стало роковым моментом в жизни писателя. Там семья познакомилась с сестрой Федорова – оперной певицей Маргаритой Степун. Кузнецова, чувства которой к Бунину стали ослабевать, влюбилась в нее. Степун, любившая женщин, ответила ей взаимностью.

Маргарита Августовна Степун родилась в 1895 году в семье главного директора известных на всю Россию писчебумажных фабрик. Её отец был выходцем из Восточной Пруссии, мать принадлежала шведофинскому роду Аргеландеров. Судя по всему, М.А. Степун получила блестящее образование - семья была не только весьма и весьма состоятельной, но и "просвещенной". Любовь к музыке Марга унаследовала от матери. По воспоминаниям Ф.А. Степуна, в доме было "много музыки, главным образом пения. Поёт мама и её часто гостящая у нас подруга".

История и литературоведение сейчас располагает, увы, более чем скудными сведениями о жизни М.А. Степун до встречи с Г.Н. Кузнецовой. Судя по тому, что в Париже она принимала участие в заседаниях Московского землячества и выступала на вечерах с "московскими воспоминаниями", можно предположить, что до революции она жила в Москве. В эмиграции часто выступала с сольными концертами (в Париже впервые в 1938 году), где своим сильным, "божественным контральто" исполняла произведения Шумана, Шуберта, Брамса, Даргомыжского, Сен-Санса, Чайковского, Рахманинова. Скорее всего, именно музыка и прекрасный голос Маргариты Августовны очаровали Галину Николаевну, которая некогда признавала в автобиографической (неоконченной) повести "Художник", разумея себя под главной героиней: "Музыка с детства была для неё чем-то особенным, принадлежавшим к миру волшебных стихий, владевших ею. Она жадно стремилась к ней и не знала, кто может повести её по правильному пути. Ещё в юности у неё была такая тайная мечта: у неё есть друг, гениальный музыкант. Она время от времени приходит к нему, и он часами играет для неё в огромной полупустой студии: Часы, которые они проводят вместе, принадлежат к чему-то самому высокому, самому прекрасному, что бывает на земле...".

Так или иначе, "друг - гениальный музыкант" у Кузнецовой, наконец, появился. Кто знает, быть может, после нескольких лет под одной крышей с деспотичным эгоистом Буниным и мрачным неврастеником Зуровым Галина Николаевна уже не могла себе позволить влюбиться в мужчину...

В гостях у друга Бунина философа Федора Степуна Галина приболела и осталась на несколько дней в его доме , планируя вернуться в Грас, как поправится. И за эти несколько дней ее сердце завоевала … сестра философа, Маргарита. «Галина влюбилась страшно - бедная Галина… выпьет рюмочку - слеза катится: "Разве мы, женщины, властны над своей судьбой?.." Степун властная была, и Галина не могла устоять…» – так описывала произошедшую драму Ирина Одоевцева. Всем домочадцам сразу бросилась в глаза внезапная перемена в Галине по ее возвращении. «Галя стала писать, но еще нервна. … У нее переписка с Маргой, которую мы ждем в конце мая»,— отметила Вера. Ее дневники лаконично и ярко зафиксировали хронику разрыва между Кузнецовой и Буниным, который окончательно произошел год спустя. Маргарита Степун, как и обещала, приехала в Грас в мае. «Марга у нас третью неделю. Она нравится мне. … Можно с нею говорить обо всем. С Галей у нее повышенная дружба. Галя в упоении и ревниво оберегает ее от всех нас…»(8 июня 1934 года).

«В доме у нас нехорошо. Галя, того гляди, улетит. Ее обожание Марги какое-то странное. … Если бы у Яна была выдержка, то он это время не стал бы даже с Галей разговаривать. А он не может скрыть обиды, удивления и потому выходят у них неприятные разговоры, во время которых они, как это бывает, говорят друг другу лишнее…» (11 июля 1934 года). Бунин не мог перенести этой измены, казавшейся ему особенно унизительной, и упрекал возлюбленную во всех возможных грехах. Когда, прогостив с месяц, Маргарита уехала, страсти немного улеглись, но это было не примирение, а лишь короткое затишье перед новой бурей. Скандалы не утихали и не в силах больше находиться в ставшем чужим «Бельведере», осенью 1934 года Кузнецова отправилась в Германию к Маргарите. «Галя наконец уехала. В доме стало пустыннее, но легче» — подвела черту Вера.

Стоически перенеся постигшее его несчастье, Бунин нашел забвенье в творчестве и на склоне лет создал свою главную книгу — «Темные аллеи», цикл великолепных новелл, в которых любовь так хрупка, быстротечна и так загадочно переплетена со смертью. Леонид Зуров оставался в  семье писателя до конца, ухаживал за тяжело больным, одряхлевшим и еще более желчным Буниным в его последние, до неприличия нищие годы, а после его кончины —  за его вдовой, сделавшей его душеприказчиком бунинского наследия.

Галина Кузнецова вполне счастливо прожила всю оставшуюся жизнь с Маргаритой Степун и на закате своих дней опубликовала «Грасский дневник» — рассказ  о семи счастливых и трагичных годах в доме Буниных. Мемуары Кузнецовой легли в основу сценария фильма Алексея Учителя «Дневник его жены».

Все без исключения современники говорят, что Маргарита Августовна была сильным, волевым, очень властным человеком и, бесспорно, доминировала в отношениях. "Степун властная была, и Галина не могла устоять: До конца жизни своей Степун держала Галину в лапках..." - говорила И. Одоевцева. Тем не менее, в личной жизни Кузнецова, кажется, была счастлива. Она прожила вместе с Маргой до самого конца (пережив её на пять лет). В 1949 году они переехали в США, с 1955 года работали в русском отделе ООН, с которым были в 1959 году переведены в Женеву. Их последние годы прошли в Мюнхене.

Кузнецова так и не стала широко признанной писательницей; уйдя от Бунина, она так и не смогла реализовать до конца свой талант. Сложно сказать, почему этого не произошло. Может быть потому, что она была слишком женщина (слабая, бесхарактерная, мечтательная, субъективная в оценках и восприятии) для того, чтобы реализовать себя в литературном творчестве. Вдобавок ко всему, время, когда формируется писательская индивидуальность, было безвозвратно упущено (как тут не вспомнить слова И.И. Фондаминского о том, что душа в неволе развивается искривлено и не дает плодов).

Нерегулярно Кузнецова всё же публиковала некоторые свои стихи и рассказы в "Современных записках", "Новом журнале", "Воздушных путях". В 1967 году в Вашингтоне отдельным изданием вышел "Грасский дневник" - пожалуй, самое интересное и значительное, что было ею создано. В глазах рядового читателя Кузнецова навсегда осталась только "последней любовью Бунина", неким его придатком. Она решилась на поступок, разорвав с ним свою жизнь, но, по иронии судьбы, это никак не повлияло на её литературный и даже личностный статус в восприятии других людей - и современников, и потомков.

Последние годы жизни Бунина прошли в ужасающей нищете и болезнях. Его взаимоотношения с другими людьми - особенно с писателями - отличала всё большая озлобленность и агрессивность. Он публиковал свои едкие, желчные "Воспоминания", поносящие всех и вся - особенно Есенина, Блока, Горького, Волошина, Мережковских и, кажется, искренне ненавидел весь мир. О нем ходили нелепые слухи; в основном Бунина обвиняли в просоветских симпатиях (быть может, из-за Л.Ф. Зурова, который, продолжая жить в Грассе и парижской квартире Буниных, после войны стал активным участником движения "советских патриотов").

Л.Ф. Зуров, который не нашел в себе сил вести самостоятельную жизнь и оставался с Буниными до самого конца, прожил творчески малопродуктивную жизнь. На его долю выпало тяжелое психическое расстройство, многолетняя бесплодная работа над так и неоконченным романом "Зимний дворец", и - как финал - богатейшее наследство в виде обширного бунинского архива.