Часть 23. Духовные подвиги Пелагии Ивановны

Спать Пелагия почти вовсе не спала;
ну, разве что чуть-чуть дремала только.
Бывало, ночью во дворе стоит одна –
и в снег, и в дождик, обратясь к востоку.

Так как блаженная молилась до утра,
при этом плакала, вздыхала, восклицала,
то выбегала из тепла – «на воздух» шла,
чтоб остальных она покой не нарушала.

Ту цепь железную, которой её муж
приковывал к стене, чтоб не сбежала,
она с собою привезла для своих нужд –
клала под голову её, когда дремала.

Она кемарила, когда уж все вставали,
обычно – на рассвете, реже – днём,
так что нередко на неё – то наступали,
то обливали с головы до ног водой.

Когда однажды уголёк из жаркой печки
упал ей прямо на висок и там остыл,
она не вздрогнула, хотя смогла обжечься,
даже не думала кричать, иль подскочить.

Питаясь преимущественно хлебом,
его за пазухой блаженная носила,
порой из мякиша, из корок и объедков
для чёток шарики катала, мастерила.

Ногтей юродивая никогда не обрезала,
и даже в баню не ходила никогда.
Вообще, обычно своё тело истязала,
и угнетала себя всячески всегда.

И каждый раз во время всенощного бдения
она смиряла свою душу, свою плоть,
Бог дал ей крепкое здоровье в утешение,
ведь Он всегда своих избранниц бережёт.

Раз только – за три года до кончины,
когда ушла она в буран в ночи одна,
когда её еле нашли, замёрзла сильно,
к земле примёрзла сарафаном, и слегла.

— И как не умерла, — дивились сёстры,
неся Палагу на руках скорей в тепло,
— ведь она 9 часов к ряду босой мёрзла?
Чай, ведь не лето! Чай, это зимой!

Когда ей дали выпить чай с вином, она
вдруг громко рассмеялась и спросила:
— Неужто вам и Симеону* жаль меня?
Смотри-ка, плачут! — будто удивилась.

Едва-то выходить смогли её тогда.
Лишь с той поры она чулки-то и носила,
до самой смерти не бродила никуда –
из кельи больше никогда не выходила.

Симеон* – имя святого старца, Богоприимца, которым Пелагия Ивановна, в своей старости, стала называть Анну Герасимовну.

14.02.2026 г.