Александр и кюри

АЛЕКСАНДР И КЮРИ
(Роман в стихах)
Глава 1: Дуэль
1
Опять знакомые места,
Простор полей и синь небес.
Забыта старых книг верста,
Их смысл таинственный исчез.
Брожу один в тиши лесной,
Где пахнет раннею весной,
Где луч играет золотой
С моей несбыточной мечтой.
2
Как сладко видеть мне зарю,
Вдыхать прохладу и покой!
Я снова море покорю,
Лишь только б справиться с тоской.
Мне снятся бури прошлых лет,
Где был потерян важный след,
Где между небом и землей
Мы разминулись, друг, с тобой.
3
Как знать? Быть может, это рок.
Но Александр был влюблен.
Хоть был он временами строг,
Но верностью заворожен.
Не знал он дней без милых глаз,
И каждый миг, и каждый час
Томился он в огне любви,
Сжигая чувства все свои.
4
По утрам он розы ей дарил,
Слагал в тиши ночной стихи,
О чувствах пылких говорил,
Прощая дерзкие грехи.
Она роняла слезы вдруг,
Смотря на преданный досуг,
И счастье робкое, как сон,
Входило в их старинный дом.
5
Но было ль то любовью всей?
Иль только тенью, миражом?
Стыдились страсти они своей,
Скрываясь в сумраке чужом.
Читал он ей в гостиной вслух,
Захватывал словами дух,
Потом гуляли в тишине
При бледной, призрачной луне.
6
Но вот однажды в поздний час
Пришло письмо на знатный бал.
Там ждали с нетерпеньем вас,
Оркестр музыку играл.
Там угощений полон стол,
Веселый шум и разговоры,
Там дам прекрасных дивный взор
И кавалеров пылкий споры.
7
Наш Александр, собравшись в путь,
Оделся важно, не спеша.
Хотел на свет он взглянуть,
Хотя тревожилась душа.
Сквозь лес, где шепчется полынь,
Под небом пасмурным и синим,
Помчался барин на коне
Навстречу праздничной волне.
8
Кюри уже на бале ждет,
В наряде пышном и блестящем.
Вокруг нее кружит народ
В веселье шумном, настоящем.
Все гости собрались давно,
В бокалах пенится вино,
И ждут начала торжества,
Где правят музыка, слова.
9
Вот прибыл Александр в зал.
Во фраке темном, строг и смур,
Он взглядом залу озирал,
Средь кружев, шелка и фигур.
Прошел походкой деловой
Вдоль длинных столиков с едой,
Лакею бросил золотой —
Жест барский, щедрый и простой.
10
И вдруг увидел пред собой
Красу невиданных краев.
Она манила чистотой,
И он на всё был вновь готов.
Кюри стояла у окна,
Задумчива и холодна,
Ее глаза — как океан,
Где скрыт неведомый обман.
11
Она владела собой властно,
Не знала лести и интриг.
Ей правда лишь была прекрасна,
А ложь пугала каждый миг.
Загадку этой женской силы
Понять не всякому под силу.
В ней ум и гордость сплетены,
И тайны ей подчинены.
12
Александр, застыв на месте,
Смотрел на профиль нежный тот.
Он грезил о своей невесте,
Не зная будущих невзгод.
Он подошел: «Душа моя!
Скажите, любите ль меня?»
Но холод встретил он в ответ,
Как будто гас в окошке свет.
13
«Всё это сложно, вы поймите, —
Она сказала, пряча взгляд. —
Меня вы, друг, не торопите,
Нет нам пути уже назад.
Я знаю всё, что будет с нами,
За этими вот зеркалами.
Всё будет так же, всё равно,
Как в старом, грустном, злом кино».
14
Но он, отбросив все сомненья,
Решил любовь свою спасти.
В порыве смелого стремленья
Слова сумел он обрести.
Приветлив был и очень мил,
О прошлом нежно говорил.
Ведь нужно с этого начать,
Чтоб лед в душе ее сломать.
15
Окончен бал, погасли свечи.
Они уехали вдвоем.
Но холоден был этот вечер,
Охвачен призрачным огнем.
Ей нравились, увы, другие —
Кто речи вел совсем иные,
Кто мог интригой увлекать,
А не стихи в саду читать.
16
И вот однажды, летом жарким,
Гуляя в парке городском,
Он видит: в переулке ярком
Она гуляет с чужаком.
Не знал он этого лица,
Но ревность жгла его сердца.
В груди вскипела злая кровь,
Убив последнюю любовь.
17
Тот франт был некий Даронтари,
Красив, умен и очень смел.
Они о чем-то там шептали,
И Александр не стерпел.
Он подошел к ним, сам не свой:
«К барьеру, сударь! Кто такой?»
Дуэль назначена была
На утро, где полынь цвела.
18
В тумане утреннем, на поле,
Сошлись враги лицом к лицу.
Покорны злой и горькой доле,
Приблизились они к концу.
Взвели курки у пистолетов...
И нет уж больше здесь секретов.
Упал сраженный Даронтари.
«Так надо, — эхом прошептали, —
Чтоб честь чужую он не крал».
...Герой наш молча ускакал.
Глава 2: Изгнание
19
Развеял ветер едкий дым,
И тишина сошла на поле.
Простился с миром молодым
Соперник, не узнав о боли.
Лежит он, глядя в небеса,
В груди зияет злая рана,
И смерти хладная коса
Коснулась жизни слишком рано.
20
А наш герой, бледней чем снег,
Застыл на миг в оцепенении.
Но нужно начинать побег,
Чтоб не пропасть в одно мгновенье.
Вскочил в седло, погнал коня,
И пыль взлетела из-под ног.
«Спаси, Всевышний, ты меня!» —
Шептал он, глядя на восток.
21
Остался позади лесок,
Где честь омыта алой кровью.
Стучит в висках, как молоток,
Мысль, отравленная любовью.
Он верил: прав был, убивая,
Свою любовь оберегая,
Но тяжесть мертвая в груди
Сжимала сердце изнутри.
22
Летела весть быстрее птиц
В поместья, в залы и в гостиные.
Среди знакомых светских лиц
Шептались дамы именитые:
«Слыхали? Утром, на лугу,
Убит красавец Даронтари!
Теперь убийца на бегу,
Его найдут едва ли...»
23
Кюри сидела у окна,
Когда гонец принес ей слово.
Вмиг стала, как стена, бледна,
Узнав про участь роковую.
Упал бокал из тонких рук,
Разбившись звонко о паркет.
И в этот миг замкнулся круг
Ее безоблачных, юных лет.
24
«Убит! Не может быть! За что?» —
Сорвалось с губ её дрожащих.
Набросив на плечи пальто,
Взглянула в даль аллей манящих.
Она не знала, кого жаль:
Того, кто мертв лежит в траве,
Иль кто умчался в злую даль
С печатью Каина в судьбе.
25
Убийца! Гордый Александр!
Зачем ты кровь пролил напрасно?
Разбит судьбы хрустальный шар,
И всё теперь предельно ясно.
Не будет балов и стихов,
Всё перечеркнуто свинцом.
Среди полей и облаков
Ты стал для всех теперь врагом.
26
Уже жандармы ищут след,
За дуэлянтом гонит стража.
Ему в столице места нет,
Горька победа эта, вражья.
Он должен скрыться, убежать,
Оставить дом и милый край,
Чтоб каторги нам избежать.
Прощай, любовь! Прощай и знай...
27
Он ехал долго, через лес,
Сквозь дождь и ветер, без дороги.
Свет солнца в тучах уж исчез,
Оставив лишь одни тревоги.
Он вспомнил взгляд Кюри последний,
Холодный, словно летний лед.
Теперь он путник, путник бедный,
Которого никто не ждет.
28
Так завершилась драма их,
В начале бурного романа.
Замолк веселый, легкий стих,
Осталась боль от злой раны.
Кюри одна, в слезах, в тиши,
А он — в изгнании далеком.
В глуши потерянной души
Наказан он жестоким роком.
Глава 3: Письмо
29–36
Пишу вам из глухой дали,
Где не видать родной земли.
Здесь только ветер в пустоте
Поет о вашей красоте.
Я виноват, я знаю сам,
Не верить мне теперь словам,
Но та, смертельная дуэль —
Моя печальная купель.
В тот миг, когда нажал курок,
Я преподал себе урок:
Убив его, убил себя,
Безумно, гибельно любя.
Мне этот крест теперь нести,
И нет обратного пути.
Я ревностью был ослеплен,
И честью ложной опьянен.
Теперь меж нами — версты льда,
Я не вернусь к вам никогда.
Скиталец вечный и изгой,
Я потерял навек покой.
Но в каждом шорохе листвы,
Мне, ангел мой, слышны лишь вы.
Ваш строгий профиль, нежный взгляд —
Вот мой единственный обряд.
Живите счастливо, молю!
Забудьте исповедь мою.
Пусть вас минует тень беды,
Сотрутся прошлые следы.
Прощайте! Вам не стоит знать,
Где мне придется умирать.
Храните свет в своей груди.
...Ваш Александр. Не суди.
Эпилог
37
Прошли года. Седой туман
Укрыл минувшие печали.
Забыт жестокий тот обман,
Что люди в свете обсуждали.
Кюри теперь совсем одна,
Сидит в тиши у камелька.
Ей правда горькая видна
И жизнь, как старая река.
38
В руках — поблекший тот листок,
Где стерлись строчки от слезы.
Писал ей бедный тот стрелок,
Заложник собственной грозы.
Она читает вновь и вновь
Слова про вечную разлуку,
И чувствует его любовь,
И помнит трепетную муку.
39
Ушла обида, стихла боль,
Развеялся угар кровавый.
Он сыгран был — чужую роль
Сыграл он ради глупой славы.
Но сердце женское мудрей,
Оно умеет всё прощать.
Среди холодных, серых дней
Она не хочет зла держать.
40
И глядя в темень за окном,
Где ветер воет, словно зверь,
Она вздыхает об одном,
Замкнув решительно ту дверь:
«Спи с миром, бедный мой герой.
Судить тебя я не могу.
Ты искупил грех тяжкий свой
На том далеком берегу».