Рубаха
Скрывающей пятки босые,
По лунной дорожке - за счастьем,
За глади озёр голубые.
Не счастье - настигла - пропасть,
Где стонет в тумане филин.
Где репейник в своей обречённости,
Некстати, любвиобилен.
Ах, этот туман - из праха
Рассыпавшихся обещаний,
И лунная ткань - заплата
Вымученных страданий.
Босые, горят подмётки
От пекла земного причастия,
Рубаха - плохая защита,
Намокшая вмиг до нитки.
Так что же искать в этой плесени,
Где даже луна - сырость липкая?
На сердце клочки оголённости,
В одинокой груди всхлипы зыбкие.
Острые звёзды - занозы,
Да и я далеко не Эсфирь.
И счастье - лишь всплеск, лишь грёзы -
В мокрой траве Псалтирь.
Всю выпью росу, да вымешу
Глину слезами усталости,
И вылеплю новое счастье
Кривобокое - серпик-лыбу.
Пойму, что босые - не ноги -
Души моей бесприютность,
И в белой рубахе - не тело,
А вечная просьба о чуде.
Не крика, не стона, не просьбы,
Лишь капля - упала с листа.
И в ней - вся вселенная звёздная,
И в ней же - ответ и черта.
И ноги мои не устали,
А в землю вошли, как корни.
И нет больше жажды печали,
Ни тягостно старой, ни новой.
Всё смыто. Всё выпито. Вылеплено.
И серпик улыбки - не крив.
Он - полной луной над небом,
Вечный покой воскресив.
И лён мой, промокший и белый,
Лег на траву покрывалом.
Под ним эта ночь онемела,
Я стала началом, пусть старой.
И дальше - не стих, а молчание.
Лучи - продолжение шага.
Простое, как боль, понимание:
Вся жизнь и была той рубахой.
14.02.2026 Е.ШИ
Свидетельство о публикации №126021402267