Качели

«Она утонула в своих простынях.
Задохнулась пылью матраса.»
Никто и не подозревал, что можно умереть вот так…
Но ей понадобилось не меньше часа,
Чтобы посмотреть в зеркало,
Растереть лицо,
Погоревать о своем прекрасном теле
И вот так, неожиданно, так же, как в ноябре метели
Снять золотое кольцо и…
Пошло-поехало.
Никто и не думал, что в 27
Можно оказаться в истории похлеще, чем «Одиссея».
Когда реальность - почти рассеялась,
А иллюзия снова вступила в дело.
Или наоборот? Они друг другу осточертели.
Никто не понял, в чем была загадка и почему
Она считала, что выбор принадлежит лишь ему одному.
Но как было можно кивать фарисею?
И вот я лежу в этом сером дыму,
Но не от благовоний и не с благою целью,
А от сожженного и сброшенного во тьму
Влюбленного одурманивающего «веселья».
Устроем же тризну, сошъем бахрому
И тут же схороним -
В тепле и в постели.
Только не надо сообщать никому.
Чтобы «на память» не «прилетели».
«Она про Ерему…?»
Нет. Я - про Фому!
И нахрен разбитые с детства качели.

—-