Обойдёмся

Нет богатых средь Поэтов.
Все бедны. Весь знает Свет.
Казначейских нет билетов,
по-простому, денег нет.

Константин Петров из нищих,
кое-как живёт в труде,
рифмы ласковые ищет –
держит быт его в узде.

Саша Шутов мерседесу
машет строчкою вослед,
нету тяги к интересу,
обойдётся без монет.

Может, Пантюхов богатый?
На квартире не бывал.
Френч морской волны с накатом
носит, как девятый вал.

Башунов другое дело,
он в дублёнку приодет,
но страдающее тело
носит правильный Поэт.

У Шевченко дача в Штабке,
а по-русски – огород,
денег нет ни дома в банке,
в банке тоже недород.

Соколов в работе с детства,
а стихи – окно в труде,
никакое не кокетство –
он повсюду в борозде.

А Борис Капустин рано
умер там, где жить нельзя.
Он – укор, культуры рана,
жил как будто бы скользя.

Вот и Клюшников беспечен.
Денег нет, зато стихи
манят праведные в вечность,
оставляя здесь грехи.

Токмаков богат словами
и метафорой в стихе,
мало денег, но бывали
всё ж казахские тенге.

Юдалевич – пролетарский,
записал с его я слов,
патриарх – Поэт алтайский,
но без денег и счетов.

Убегая от забвенья,
возвращаясь иногда,
Казаков развёл именье,
ездит он туда-сюда.

Братов, правда, исключенье.
Не богат, но деньги есть,
а поэзия – влеченье,
чтобы сохранилась честь.

Лушников по-русски мыслит,
мол, поэзия – Душа.
Заработать что-то в жизни –
тем газета хороша.

У Бажана деньги тоже
водятся, но на журнал
тратит их. Порой, похоже,
от редакторства устал.

Для Гундарина деньжата
как пустыннику мираж.
Если говорить, но сжато,
то, выходит, деньги – блажь.

Не водились деньги даже
у Озолина. Он их
отдавал. Бывало, скажет:
“Рубль опошляет стих!”

А Сорока всех богаче.
Денег не было и нет.
Если б было всё иначе,
был тогда бы Непоэт.

Вся убогость положенья
заключается не в том,
что, познав стихосложенье,
надо содержать свой дом.

От стихов какие деньги?!
Так... копеечки одни.
В нищете строкою гений
зажигает душ огни.

Для Поэтов стих – богатство,
состояние – стихи,
независимость и братство,
к суете они глухи.