Мишень

Я понимаю, почему так колет 
внутри, с той стороны, где было сердце. 
И утопить всю душу в алкоголе, 
и встать на стороне у иноверца. 

И отомстить за то, что всё разрушил, 
и наплевать на всё, что было свято. 
Одолевает пламенная стужа, 
навязанная вихрем снегопада. 

Мне говорить достаточно стихами — 
они порой честней обычной речи. 
Мы уничтожили, сломали сами, 
предав свою любовь бесчеловечно. 

Хоть на минуту, может, ты услышишь? 
Поймёшь, что речь совсем не об измене. 
Я понимаю: ты меня не видишь, 
и я стою здесь в качестве мишени. 

Рефрен: 
Я знаю точно: оба виноваты. 
Легко разрушить, вычеркнуть, забыть 
и ставить на груди своей заплаты. 
Но ты, прошу, не перестань любить! 

И если завтра вьюга стихнет — грустно… 
И станет тише в комнате пустой… 
И пусть двоих нас ждёт перезагрузка — 
не с местью, не с бутылкой, не с другой. 

Глазами сверлят — я стою и плачу, 
и мне сдержать бы слёзы — нету силы! 
Но я упрямо нежности не прячу 
и говорю: «Единственный, любимый!» 

Пусть боль клеймит, как холодом — морозно, 
и в каждом слове — горечь и расплата. 
Я не прошу: «Вернись ко мне!» — серьёзно. 
Я лишь прошу: стреляй, но не предвзято. 

Рефрен: 
Я знаю точно: оба виноваты. 
Легко разрушить, вычеркнуть, забыть 
и ставить на груди своей заплаты. 
Но ты, прошу, не перестань любить! 

И если завтра вьюга стихнет — грустно… 
И станет тише в комнате пустой… 
И пусть двоих нас ждёт перезагрузка — 
не с местью, не с бутылкой, не с другой.