Цветок папоротника

 Костры Ивановой ночи догорали в деревнях, а в лесу царила та плотная, бархатная тьма, что кажется материальной. Егор шел, спотыкаясь о корни, давно сбился с тропы. В кармане его пальто лежала замусоленная карта, на которую он теперь лишь злился. Идея найти цветок папоротника, сорвать его в купальскую ночь и обрести удачу, казалась глупой романтикой только сейчас, когда холодный пот стекал по спине, а вдали завывал волк.
 Отчаяние начало подбираться к горлу комом, когда он увидел свет. Не мистическое сияние, а тусклый, желтоватый отсвет в оконце маленькой избушки, притулившейся меж двух огромных елей. Изба была древняя, бревна потемнели от времени, крыша просела. Егор, не раздумывая, толкнул скрипучую дверь.
 Тепло и запах сухой хвои встретили его. В камине тлели головешки. Обстановка была спартанской: стол, лавка, полка с пузырьками. И ни души.
 «Кто здесь?» — голос Егора прозвучал гулко. В ответ — тишина, прерываемая потрескиванием углей.
 Он скинул промокшую куртку, решив переждать до рассвета. И только сел на лавку, как заметил ее. Фигуру у камина. Она не вошла — просто появилась, будто выплыла из тени и дыма. Это была девушка в простом белом платье, полупрозрачная, как дымка. Ее лицо было печальным и очень далеким.
 Сердце Егора бешено застучало. Приведение. Он замер, ожидая ужаса, леденящего душу. Но девушка лишь посмотрела на него сквозь поволоку нездешнего взгляда.
 «И ты тоже за цветком?» — ее голос был шелестом опавших листьев, звуком, рожденным не в гортани.
 Егор кивнул, не в силах вымолвить слово.
 «Все они идут за ним. Жаждавшие богатств, славы, любви… — она провела рукой по воздуху, и в нем на миг возникли тени: лихой удалец, плачущая девушка, старый скряга. — Лес забирает их. Он не отдает своего сердца».
 «А ты?» — прохрипел Егор.
 «Я его хранитель. Или страж. Или такая же жертва, — призрак печально улыбнулся. — Я сорвала его много лет назад. Пожелала, чтобы любимый вернулся с войны. Он вернулся. В сосновом ящике. А я… осталась здесь. Привязанная к месту своей глупой надежды».
 Она рассказала, что цветок папоротника — не ключ к счастью, а испытание. Он исполняет желание, но всегда находит самый горький, самый ироничный способ это сделать. Богач теряет все человеческое, силач становится немощным, желавший любви навлекает ее на других, губя их.
 «Лес показывает вам не то, что хотите, а то, чего вы на самом деле достойны. По вашим делам, по вашей душе».
 Рассвет уже размывал черноту за окном. Страх Егора сменился жгучим стыдом. Он вспомнил, зачем ему было богатство: чтобы отомстить, чтобы уничтожить тех, кто его когда-то унизил. Чтобы возвыситься над другими. Не для света, а для тени.
 «Что же мне делать?» — спросил он, и голос его был тих.
 Привидение посмотрело на него, и в ее глазах мелькнуло что-то похожее на жалость. «Уходи. Пока не поздно. Иди на восток, к ручью. Он выведет тебя».
 Егор встал. У порога обернулся. Девушка-призрак стояла, сливаясь с первыми лучами солнца, проникавшими в окно.
 «А ты?»
 «Я буду ждать следующего. И следующего. Может быть, однажды придет тот, чье желание будет чистым… и он освободит нас обоих».
 Егор вышел. Воздух был свеж и прохладен. Он не пошел на восток сразу. Что-то вело его вглубь чащи, к поляне, о которой шептала тень. И там он увидел Его. Цветок. Он горел в утренних лучах, как маленькое алое пламя, холодное и совершенное.
 Желание сжало Егора стальными тисками. Рука сама потянулась. Но перед глазами встало печальное лицо призрака. «…чего вы на самом деле достойны».
 Егор замер. А потом сделал нечто, на что не был способен еще вчера. Он отвернулся. И пошел, не оглядываясь, на звук ручья.

 Когда он вышел на опушку, солнце уже стояло высоко. Он обернулся на лес, темный и безмолвный. И ему показалось, что между деревьями мелькнуло белое пятно — не скорбное, а будто светящееся изнутри легкой, почти уловимой улыбкой.
 Цветок папоротника он не нашел. Но, бредя по проселочной дороге к дымку родной деревни, Егор чувствовал странную легкость. Как будто с него сняли тяжелый, невидимый груз, который он таскал годами. Лес забрал у него алчную мечту. А что дал взамен? Возможно, только шанс. Шанс идти дальше. Уже не путником, заблудившимся в собственной жажде, а просто человеком, нашедшим дорогу домой.