Пьеро Music for the puppet theater


Танцует по кромке из тонкого льда,
Печальный свой лик прикрывая.
Не вальс, не адажио, только игра
Пьеро на подмостках пустых.
По левую руку – лазурная гладь,
Взгляд ясной водой омывает.
По правую – в инее крылья блестят
Бесчисленных волн ночных.

Кружись, Коломбина, – земля бесконечно.
Твой спутник Пьеро опять,
Как нежная смерть, он ей шепчет на ухо:
– Останься со мной ночевать.

Спит каменный сад – не видать Арлекина,
И медленно время в саду.
Звучит мандолина, и тени тоскливо
Из глаз темно-синих бредут.
И белые нити по улицам тянут,
Желая сплести той наряд,
Которую звал он: «Моя Коломбина!» –
Какую уж вечность подряд.

Кружись, Коломбина, – земля бесконечно.
Твой спутник Пьеро опять,
Как нежная смерть, он ей шепчет на ухо:
– Останься со мной ночевать.


Танцуй по кромке тонкой льда,
Печальный лик прикрыв рукой.
Танцуй адажио и вальс,
Играй, Пьеро, с самим собой.
В нелепо длинных рукавах
Скрывая медленную дрожь,
Лазурная бежит река,
А впереди, на крыльях волн...

Коломбина-земля,
Твой спутник Пьеро опять.
Он шепчет тебе,
Как нежная смерть:
«Останься со мной ночевать».

Пусты подмостки в том саду,
Нигде не слышно Арлекина,
И время тянет вновь струну
Рукой Пьеро на мандолине.
Выходят тени в город сна,
Чтоб нити белые нести,
Желая той наряд сплести,
Которой пел века подряд.

Коломбина-земля,
Твой спутник Пьеро опять.
Он шепчет тебе,
Как нежная смерть:
«Останься со мной ночевать».


Рецензии