Искупление

«Побеждающий, облечётся
В белые одежды;
И не изглажу имени его
из книги жизни,
И исповедаю имя его
пред Отцом Моим
и пред Ангелами Его»

Откровения Иоанна Богослова 3:5


Поэма


Вечер, сумерки дорога,
В елях прячется луна.
Снег ложится понемногу
Даль тревожна  и темна.

ПочтовЫе кони свежи,
Те что были, - за спиной.
Тридцать верст снегов безбрежных
До станицы почтовой..

Уж не молод сей возница,
С кушаком лихим тулуп.
Шапка, ворот, рукавицы -
Крепкий малый, словно дуб.

Ехать выдалось далече
И дорога чуть видна.
Освещают зимний вечер
В небе звезды, да луна.

С ним в дороге едут двое.
Вдруг к нему слова, в тиши:
- Расскажи ямщик былое,
Только правду расскажи…

- Что рассказывать то барин,
Наша жизнь - один лишь взмах!
Видно век нам этот даден
Для смирения в трудах. -

И конечно, жизнь былую,
Вспять уже не воротить..
Но историю такую,
Вряд ли можно позабыть..?

Время помнит много знавших…
Заметало их мело…
Ямщика, коней уставших,
И попутчиков его.



Вам мое повествование,
Если ты, мой друг, со мной…
Как души моей послание,
В рифме скромной и простой..
Память, скверная подруга,
Вновь зашепчет сквозь века…
Лишь метель, печаль да вьюга,
Помнят голос ямщика.


Часть 1


Жизнь крестьянская печальна;
Барин, бедность, да оброк..
И наверно изначально
Про него не слышал Бог.

Как он рос в семье немалой;
Восемь братьев и сестра,
Он был старшим и пожалуй,
Жил радением труда.

Всюду был слугой примерным;
Столяр, плотник и пастух
И в кулачном бое, верно, -
Стоил трех, - за сильный дух!

Горячит млада утеха,
Закипает в жилах кровь!
Только стало не до смеха,
Как пришла к нему любовь.

Все мы ей порой прощаем,
Трепет вьет из нас узлы…
И порой, мы забываем -
Кто в мучениях этих мы.

От судьбы своей не деться,
Как веление нам дано…
А любви той разгореться,
Было знать не суждено.

А она была красива…
Молчалива как мечта.
И с косою всем на диво,
И степенна, и скромна..

Тихий голос отвечает, -
Чистый звонкий ,- запоет
Зорьку первую встречает
И как будто робко ждет:

Словно горлица пятниста,
У томления в плену…
На сырой траве росистой,
Пред туманом во саду.

То ей чудится, толь снится,
Толи рок ее зовет?
Толи конь, иль колесница,
В роще топот подает..

И наверное, героя,
Что по строчкам наверху,
Увидала пред собою -
По судьбе, как на духу.

Ну а поле, барин строгий,
Про повинность не забыть..
И крестьянам в век жестокий,
Доли не было «любить»

Время было лишь трудиться.
Жить кому, кому страдать,
Кому петь иль веселиться,  -
Все на то судьбы печать.

Но скажу вам, с позволения,
Чувства  вспыхнули томления,  -
Жарким всполохом любви…
Обожжешься, - не реви.

Дальше всякой жизни проза;
Наша трепетная роза,
В сердце вспыхнула двоих…
И в строках скупых моих -

Мне помещика представить,
Вам на суд сейчас доставить
Просто, баловня судьбы…
Нашей давней старины.

Часть 2

Моложав, игрок отменный,
Волокита непременный,
То романтик, то француз,
Вечно дергающий ус.

То рассказчик откровенный,
То забавный, то надменный,
То знаток германских рун…
Фантазер. И просто лгун.

Был жесток, как всяк трусливый,
И порок нетерпеливый
Всюду был при нем всегда.
А за ним…печаль, беда.

И столкнулись три течения;
Две любви… с одним влечением!
На камнях тот поворот!
Берегись! Водоворот!

Дальше - каждому свое;
И избраннику ее -
Лоб побрили. В рекрут быть!!!
Двадцать пять годов служить.

А она, в беде, в тумане -
В вечном жизненном обмане -
Унижаться и страдать…
Больше горю не бывать!

И тропой она туманной,
Уж бежит к реке желанной,
К полноводной и крутой,
С расплетенною косой.

Слезы душат, наваждение!
Коль на сердце согрешенье,
Кто - то шепчет ей: «Давай,
Искуплением исправляй!».

Кровь в висках как дождь стучится!
Воздух сжался весь в груди,
На обрыве вдруг волчица…
И волчата позади.

К ней идет и скалит зубы…
Взором грозным - не шути.
И рычанием свои грубым,
Словно шепчет: «Уходи..

Не сейчас, поверь мне дева -
Век твой только впереди,
За тобой большое древо
Скройся с глаз и уходи.»

Отошла….а сердце бьется,
Что так мечется в груди?
Что то пагубное рвется
Со словами «уходи»…

В тишине вся боль уходит
И в смирении, в тиши,
Нас опять душа находит
С ней расстаться не спеши…

Часть 3

Пятый год  минул, уж осень,
Ну и стало быть зима…
Время ждет, оно не спросит,
Время выпьет все до дна.

Время ищет вдохновение,
И кружат опять снега..
И привычные сомненья,
К нам уж следуют из сна…

Но и в снах ответа нету,
Все там прячется от нас.
И мелькают весны где то
И зима… в который раз.

Сон, бывает, жизнью водит
Иль кружит со всех сторон..
А порой судьба приходит,
Нарушая ночь и сон.

Чу! В сенях там половицы,
Словно тронули и стук…
И сквозь сон, ее ресницы
Робко вздрогнули под звук..

В тишине горит лампада,
Лики в копоти все спят.
Кто там бродит, что им надо?
Звезды на небе горят…

Лай собак! И сон проходит;
В миг слетает пелена,
Как виденье - тихо входит
Рекрут наш. И ордена.

Тихо в комнате садится:
- Ангел мой… я за тобой..
Нет, не чудится не снится
Я вернулся, я живой…

Видно всякая дорога,
Мне к душе к твоей одной.
Я спешил как на подмогу,
Я теперь… не крепостной!

Награжден я был крестами
Ратным подвигом горя,
Генерал наш дрался с нами, -
Вот и выкуп за тебя.

Мне сказал: «Вернись обратно, -
Жаль мне гибели твоей, -
В сорок пять - жизнь невозвратна
Может свидишься ты с ней»

Он пред нею, - на колено,
Только слышно ордена,
Да горит в печи полено,
Тени пляшут у окна……

Дальше час освобождения,
Над печатями имен.
Барин был к тому мгновению
Хворью тяжкой обречен.

Знать судьба тому случится;
На волков гоньба была
И матерая волчица
На него в прорыв пошла…

Псы отчаянно спасали,
Но судьбы пришел ответ -
В шрамах весь, - клыки достали,
И в ногах движения нет.

Часть 4

Вот уж светится пред нами
Огонек как божий лик…
И плывут по снегу сани;
Двое в санях и ямщик.

- Так а что же дальше с ними?
Где сейчас их дом и кров?
- Их следы тогда простыли,
с первым снегом на Покров.               

- Вот и прибыли, - извольте,
Добрались на ваш ночлег…
Ваш багаж,- я сам позвольте,
Все засыпал белый снег!

Он поднялся, дал ей руку,
По всему видать жена…
И ямщик во тьме по звуку
Вдруг услышал ордена.

- Не извольте волноваться,
Все доставим, донесем!
Будет время отоспаться,
А к утру опять пойдем!

Все уснули. Бог - спасенье!
Жизнь коротка и проста.
Только завтра, в воскресенье,
Три Георгиевских Креста, -

На груди блеснут в мгновенье,
Ямщика мелькнет слеза,
Три креста как искупление
И молчат его уста..

- Небеса… уже ль Василий ?
Боже правый, не признал…
Знать снега  во тьме укрыли
Взор твой, - как ты возмужал!

Время наше знать лихое;
То Французы, то Кавказ…
Надо ж, свиделись с тобою!
Пусть Господь хранит там вас!

Боже, Машенька….Мария!
Вновь румянец на щеках!
Вот те крест, что и в дали я
Буду помнить этот час!

До Тобольска… Храм там славный!
Мастер там необходим?
Что ж земляк мой православный -
Верой жизнь свою крепим…

-Ну давай, Степан, в дорогу
Уж пора родной, пора…
И лошадок своих с богом,
Выводи уж со двора.

Утро вновь забрезжит светом…
- Но… залетные! Идем!
Коль дожили до рассвета -
Живы будем - не помрем!

Глава 5

Тобольск
 
Полетели снег тревожа,
В край березовой глуши,
Веру в Бога в сердце множа,
Три смиренные души..

Заметала их вздыхая,
Снега рать, под свет Луны,
Но когда свой путь ты знаешь,
Богом силы знать даны.

То погост, кресты во мраке,
Снег на них уставший лег
Да ворчливые собаки
Стерегут в ночи порог.

На ветру свой лай подхватят,
Где то вспыхнет огонек.
И в далекой зимней хате
Брезжит малый фитилек.

Перекрестит ночь всех тихо,
Слов заветных старина.
Чтоб не знать ночного лиха.
Бога нет, - считай беда.

Тихо тает он далече…
Все отдаст он до утра.
Снова прибыли под вечер
Лошадей менять пора.

Русь! Версты твои безбрежны.
На ночлег, иль на постой,
Встретит  путников прилежно
Люд разумный и простой.

Вот уж  месяц под луною
Как они с зимой  в пути,
Лишь на Сретенье святое
Довелось в Тобольск войти.

Град старинный величавый
Белый камень, монастырь,
Полон Веры! Духа! Славы!
Здравствуй русская Сибирь!

Здесь Ермак громил Кучума
У Тобола на виду.
Здесь купцы  и толстосумы
Знали злато и беду.

Здесь столичный град Сибири!
По велению Петра.
Здесь врагов России били
И трудились от утра.

И молились русской Вере,
Благодати и царю!
Знали точно в полной мере
Цену слова и рублю.

Край лесов и рек былинных
Тракт сибирский тех кто смел.
Путь торговый, дерзкий, длинный
И острожников удел.

И стрельцов  и Декабристов
Достоевского , - он знал.
Углич - колокол басистый
В ссылке здешней побывал..

Но красив, богат сей граде,
На вершине купола!
Был к душевной он отраде
И неслась о нем молва!

-Что ж Степан, давай прощаться,         
Нам  с Марией здесь судьба.
-Эх, Василий, может статься ..            
Еще свидимся когда..               

Помяни меня  пред Богом,               
Может ближе здесь к нему.               
Мне ж моей судьбы дорога -          
Просто к дому своему..               

Обнялись, по - русски, крепко…
Обронил Степан слезу.
И рукой огромной, цепкой
Подхватил с коня возжу. 

Посмотрел на небо взором,
Лоб на лик перекрестил
И опять к былым просторам
Конь его засеменил…

Глава 6

А они пошли ступая,
Руку под руку держа.
Наш герой, порой вздыхая,
Маша с ним чуть-чуть дрожа.

Малый груз с собой в дорогу,
Легок вес вещей своих.
Да и что у них, ей богу,
Кроме разве них двоих.

Храм велик! Дорога к Храму.
Белый свет слепит глаза.
В золотых искусных рамах
Смотрят в душу образа!

Хор поет! Свечей горение!
Люда разного не счесть!
В темных душах озарение.
В светлых - радость, Вера, Весть!

Хор разносится далече..
И рождает благодать.
Что благую весть, о Встрече
Семион нам смог послать.

Хор несет по белу свету!
Все он может вознести.
Каждый грешник с Богом  где -то,
Со слезой шепнет: «Прости».

Служба кончилась. И тихо.
Словно зов из бытия
Толи батюшки иль лика
Из благого жития.

- Мир вам! (Вздрогнули лишь двое)
С чем пожаловали  к нам?
Старец с длиной бородою
Словно вышел с темных рам.

Вида важного и чину
(Да при чем тут право вид)
Был Паисий там в ту зиму
В те года Архимандрит.

Строгий праведник у Бога
Верой в Бога был он сам.
В днях земных его дорога
Пролегала только в храм.

-Вижу вас я здесь впервые,
Воин славный по всему..
Люди кроткие, простые..
А ли в гости вы к кому?

И Василий, как пред Богом
(Голос с ветра чуть охрип)
Рассказал про их дорогу
Ничего не утаив.
 
Что прошли они так много
Тут остаться, да и жить.
Чтоб России, Вере, Богу
Кто чем может послужить.

Тихо в храме, лишь дыхание
Всех невидимых святых..
Да молитвы покаяние
Слабых грешников земных..

- Ну коль службу отстояли
В этот день и этот час
То узрим души печали,
Исповедаю я вас.

Глава 7
Исповедь

- Ну скажи - в чем сожалеешь?
Что томится на душе?
Что исправить ты успеешь?
В чем бессилен ты уже?

- Что сказать, былое, Отче,
Пронеслась вся жизнь как сон,
Но одно, чернее ночи
Нанесло душе урон.

Он затих, души смятение
Сквозь печаль ушедших лет…
Но какое искупление?
Рана есть - а шрама нет!

- Раз из леса возвращаясь,
На опушке вдоль ручья,
Я заметил как печалясь,
Волк скулил, порой, рыча.

Не капкан на нем, не шрамы,
Волк все пятился  назад…
А на дне у волчьей ямы
Трех беспомощных волчат -

Я увидел, то волчица,
Отходила как могла.
Угодило им свалиться.
Их в лесу не сберегла.

Все живые. Я не знаю,
Что мне делать. В мыслях стон…
Сколько бед от них бывало
Проследишь - сплошной урон.

И ушел я. В сердце тяжесть..
По сырой домой траве.
Мне судьба потом расскажет:
«Биться надо наравне»

Не минул пожалуй месяц,
Закрутила жажда жить,
И пришли ко мне те вести
Что должЕн идти служить.

И чего там не бывало
В ратных сечах на войне,
Но печаль ко мне пристала
С той поры об этом дне.

Он вздохнул, и словно грузы
Поползли с его плечей
Все невидимые узы,
Там сгорали от свечей.

Что сказал на то Паисий,
Что поведать ему смог?
Знают лишь над храмом выси
Да один над ними Бог.

За Василием Мария,
Трепет сердца и души.
Только слышал и вдали я
Голос твердый: «Не спеши»

- Бог Мария все управит,
Жизни истина проста,-
Что б места судьбы поправить,
Ставь на первое Христа.

День к закату. Сказ мой тоже
О разлуке и судьбе.
Все пройти пожалуй сможешь
Если свет хранишь в себе.

Иногда он затухает,
Словно прячется и ждет,
Словно грезит, словно знает,
Что его придет черед.

На ветрах житейской стужи,
На скорбях души ночной,
Он так важен, нежен, нужен,
Он один под час с тобой.

Он для сердца откровение -
Ближе к правде - ярче свет.
А за тьмой лишь искупление
И смирение долгих лет.

Вышли под руку, как прежде,
Нищим верно подают.
А в груди уют, надежда,
А в душе - поют, поют…

Колокольный звон разносит,
Что б все слышали в дали
Сквозь макушки крепких сосен
Русский дух родной земли.

Будь жива, благословенна -
Вера, правда, радость, грусть…
Всем потомкам незабвенна
Ты в веках, Святая Русь.



Сидоров Юрий.