Очнулся от толчка я в полудрёме

Очнулся от толчка я в полудрёме,
У изголовья цепь прикручена к стене...
Не разберу: в каком сейчас я доме?
Как хочется остаться в тишине.

Я весь в плену у твердого матраца…
Рванулся на другой, на левый бок, 
И в тот же миг, едва успел подняться,
Спиной поймал железа холодок…

Со лба катился пот, и вдруг пошла слеза,
Почудился мелькнувший силуэт,
А сверху, за оконной занавеской, 
Слепил глаза мелькавший яркий свет…

Ужасная жара, хрип слышится в грудине,
И нет воды - вся выпита давно…
Привиделось кино: жара в сухой пустыне,
И будто я - герой того кино.

И чем-то вдруг меня к стене притёрло…
Сглотнул слюну - и тут не повезло -
Как будто у меня чужое горло,
А в нём - песок и битое стекло…

Несвежий воздух, пота испаренье,
Лежал вдоль стен ряд полуголых тел...
И запах пота, и неясное движенье
Я снова ощутить едва успел.

Был слышен храп, усталое дыханье,
И хрип, и кашель, тихий детский плач…
А я вздыхал. И в этом есть страданье.
Мне грезилось: вот-вот придет палач.

Здесь всё вокруг дрожало и скрипело,
Был слышен мерный, но негромкий стук…
Ужасно ныло и болело тело,
И кожей  всей я ощущал испуг.

И этот тусклый свет мне ненавистен!
Плацкарт - совсем не мой удел.
Я вычеркнул себя из списка.
Чтоб даже думать я о нём не смел!