Безумное путешествие или мороз на двоих

" Я много куда из-за девушек ездил! -
Иван Синебрюхов натёр бузины. -
Не ради бессмысленных сцен и возмездий,
А только по всплеску сердечной волны!

Бывал в городишках, бывал в деревушках,
И в первопрестольной, конечно, бывал!
Я даже в лесной домонгольской избушке
К возвышенным чувствам чуть низко взывал!

И вот как-то раз, маханув оранжада,
Я к бывшей зазнобе метнуться решил,
Чья нежность струилась порой кровожадно,
Чей взгляд иногда подсознанье крушил!

Наглела колючая поздняя осень -
Цинично срывался бессовестный снег!
Я сел в электричку на восемь ноль восемь,
Стремясь в свой вчерашний вернувшийся век!

На восемь ноль восемь я сел в электричку,
Мечтая вовсю о заветной Катрин,
Которая в Химках рисует синичку,
А может - лихих птеродактилей клин!

А может щемящую книгу читает,
А может и штопает гору носков!
А может от фильма кошмарного тает,
А может погрязла в бритье волосков!

О чём-то безудержно спорили бабки,
Храпел бронтозавром дедок в зипуне!
Смеялся весёлый мужик в белых тапках,
Что ежеминутно подмигивал мне!

В нескучном пути вспоминал я Платона,
А также царя Александра поход!
Припомнил ещё леди Ночь из притона,
Чей муж отселился в кафе 'Дон Кихот'!
 
Но вот и Москва, где в подземку бесплатно
Я скромно проник, как тушканчик скача!
До Планерной млел, улыбаясь приятно,
Беззвучную песенку громко мурча!

А вышел - и тут же метель исхлестала!
Такой беспардонности не ожидал,
Себя ощутив и чужим и усталым
И тем, кто по собственной воле страдал!

Очнувшись, запрыгнул в такси дружелюбно,
Ступив на проспект Юбилейный потом,
Но людный проспект обернулся безлюдным -
Завыл в миокарде печали поток!

Вокруг будто всё не к добру изменилось -
Бесцельность поездки пронзила меня!
Я чуть не упал, воплощая унылость,
Себя за порыв идиотский кляня!

Кручинясь, петлял в полутьме незнакомой,
Что раньше знакомой была полутьмой!
Желаньем согреться безумно влекомый,
Вздыхал, словно жалкий бродяга зимой!

Дрожа, в магазинах ютился стыдливо,
Вкушая тепло, как награду наград!
Одна продавщица, таращась ворчливо,
Чихнув, расшумелась, как пасмурный град!

Блуждал до полуночи я, спотыкаясь,
Но вдруг вырос дом Катерины за миг!
За всё перед ней бессловесно покаясь,
Едва не издал надкосмический крик!

А дальше подъезд и та самая лавка,
Где мы обсуждали Софокла, теснясь!
Точь-в-точь голосочек послышался сладкий -
Я ласково замер, смущённо боясь!
 
Да окна её были мраку подобны -
Будить же уснувшую Кэт не рискнул!
А холод кусал словно холод загробный
И лунный привет замогильно сверкнул!
 
Отчаясь, у двери подъездной терзался,
Надеясь, что кто-нибудь выйдет, придёт!
И тут незаметно у ног оказался
Такой же бедовый озябнувший кот!
 
С доверчивой просьбой он тёрся о брюки,
Мол, дверь, человек, выручай, приоткрой!
Вдвоём разделили суровые муки
Согбенный болван и хвостатый герой...

Как дверь распахнулась - запомнил я плохо:
Кота обнимая, зубами стучал!
Прошла в ожидании эра, эпоха -
Мороз, издеваясь, крепчал и крепчал!
 
Влетел я в подъезд и припал к батарее,
Сначала кота водрузив наверху!
Мгновенье назад мы друг друга с ним грели -
Теперь превратился мороз в чепуху!

И вскоре, блаженно сползя на ступени,
Я будто на мягкой перине заснул!
Приснилась Катрин в Сен-Тропе на оленях,
Чей взор маяком из Фароса блеснул...

...В пять сорок утра растолкал мужичишка -
Исчез котофей, я домой поспешил.
История эта правдивая слишком -
Здесь правда людской и кошачьей души!.. "