Непризнанный Гений

Он вышел родом из народа.
И, сам себя в себе взрастил.
Ему талант дала Природа.
И, этот дар он в жизни воплотил.

Он пёр по жизни не стесняясь
Своих глобальнейших идей,
Которые в стихах им воплощались
Для просвещения людей.

Но, люди мало понимали
Его идей глобальных суть.
И, на него с прибором клали,
Желая просто отдохнуть.

Желая просто веселиться
В своём мирке, навязанного кем-то им.
И, начинали на него людишки злиться.
И, Гений был людьми гоним.

И, он ушёл, талант свой пряча,
В пустыню истинных начал.
Надеясь, что придёт удача
И, он взойдёт на пьедестал.

Который дан ему был свыше,
Который он хранил в себе.
Господь его тогда услышал
И шанс открыл в его Судьбе.

И, веря в шанс, безмерно одинокий,
С Судьбой в рулетку начал он играть.
Но, отвернулись от него тогда все Боги.
Из-за игры, которую нельзя было принять.

Завет намеренно нарушив,
Он пал в безумстве в беспредел.
И, Чёрту решил продать Душу.
Уже не зная сам чего он всё-таки хотел.

И, аплодировали молча Боги
По вновь ушедшему скорбя,
Когда Души своей приняв пороки
Он вышел прочь, наружу из себя.

И, были стёрты краски в земных лицах.
И, не на что уже было смотреть,
Когда он Чёрту поклонился
В Аду готовый заживо гореть.

Но, не в Аду предназначенье
Поэту было прозябать.
И, он влетел в чудесное мгновенье
Через, которое он мог бы мир земной понять.

И, он стоял посередине
Начала истинных начал,
Где искривленье прямых линий
Покой вселенский означал.

Но, от покоя отвернулась
Его Душа, горящая в огне.
И, к людям вновь она вернулась,
Себя подняв в двойной цене.

Ухабисты были дороги,
Но, он вернулся в земной мир.
И, пристально за ним следили Боги,
И, Чёрт за ним тоже следил.

И, возникала неизбежность
В потоках следственных причин.
Рождалась где-то  безмятежность
В Душе рождался чёрствый сплин.

В пороках чувственных и смелых
Себя он вновь в себе рождал.
И, пёр вперед остервенело
К началу истинных начал.

Но, люди вновь не понимали.
Но, клал с прибором он на них.
В тоске непризнанной печали
Творил он гениальный стих.

И, открывались ему дали,
В которые войти никто не мог.
Да, люди его не понимали.
Хотя он был для них пророк.

Он превозмог все муки Ада,
Войдя в земную эту жизнь,
Уставший от Души разлада.
Уставший от падений вниз.

Но, он работал на пределе
Своих душевных светоносных сил.
И, к небесам его стихи взлетели.
И, сам Господь стихи его благословил.

И, вот Поэта рвут лучи вселенской славы,
Которые пронзают мир насквозь.
Но, на просторах конченной Державы
Поэту люди вбили в Душу ржавый гвоздь.

И, он погиб.
Но, не было печали среди людей.
А, СМИ продажные кричали,
Что он не гений, а злодей.

Он первым был среди мгновений
Которые постичь внезапно смог.
Он для людишек - мёртвый гений,
Явившийся в их мир поэт-пророк.

Никто не может, глядя в Душу прямо
Понять начало истинных начал.
И, на Поэта сквозь века глядит упрямо
Души его бессмертной идеал.

Остановись коварное мгновенье!
Душе Поэта дай себя в себе познать.
И, в Вечности застывшее стремленье
В мгновенье дай движение начать.

Не будем в своих Душах сквернословить.
Не будем прошлое мы ворошить.
Венок Поэту мы положим в изголовье.
И, мёртвого Поэта будем мы любить.

Коварство, зависть. Нам ведь не знакомы.
Мы ведь не те, кто скомкал этот мир.
Не теоремой мёртвой, а живою аксиомой
Себя он в этой жизни воплотил.

Вопрос один. Где Гений? Где злодейство?
Вопрос вот этот он понять не мог.
И, на пороках мнимых фарисейства
Входил в него последний в истинности Бог.

Свершилось то - чего не ожидали.
В остатках бытия - неверный ноль.
Но, в верности написаны скрижали
Судьбы его последней роковой.

Неистов Дух эпохи вдохновений
И, по прошедшему мы плачем и скорбим.
Он  был последний непревзойдённый Гений,
Который  Богом, а не Дьяволом храним!

Поэт погиб. Невольник чести?
Иль просто тот, который строил этот мир?
Погиб Поэт. И, с ним погибли вместе
Стихи, которые он сотворил.

Не надо слёз и памятных прощаний.
Не надо красок лестных бытия.
Его стихи назойливо молчали
В веках на лезвии их острия.

Его стихи не оказались в силе,
Чтобы людей на подвиг поднимать.
Поэт лежит непризнанный в могиле,
Готовый заново себя в жизни начать.

Но, надо ли стремится в жизнь земную,
Которая его послала прочь.
Не лучше ли с печальным поцелуем
Уйти в тоске в глухую ночь.

И, на остатках сил своих Души и Веры
Поставить точку. И, подняться вверх.
Туда, к отчаянным и смелым,
Готовых искупить вселенский грех.

В молитвах мы скорбим и верим,
Прокладывая в истинности путь.
Поэту в жизни этой все закрыты двери.
И, он не может в эту жизнь уж заглянуть.

Погиб Поэт. Не надо состраданий.
И, плачь не нужен. И, не надо голосить.
Поэт погиб!
Но, весенней гулкой ранью
С Есениным вернется в него жизнь.

Ну, а пока весна не наступает.
Ну, а пока тревога в тишине.
В тоске природа тихо умирает
С собой оставшись наедине.

Никто не может быть в себе уверен.
Никто не может сам себя познать.
И, наступает новый понедельник.
И, жизнь вновь начинается опять.

И, в эту жизнь Поэт снова заходит.
И, в этой жизни, каясь и любя,
Он вновь себя в движение приводит
В застывших проблесках немого дня.

И, он себя, не чуя виноватым,
Возводит снова в новый беспредел,
Забыв про все свои утраты,
Которые когда-то он имел.

Забыв про все плевки, что слали в Душу.
Он вновь в себе спасение обрел.
И, понял он, что людям теперь нужен.
И, заново он в жизни был рождён.

Он помнил, что он вышел из народа.
И, дар Поэта сам в себе взрастил.
И, вдохновение слала Природа,
Когда в Природу буйный он входил.

5-6.08.2024.