Зов предков

На рассвете Лена дышит медленным сердцем,
вода — как прохладное веко земли,
ещё не открытое солнцу.
Тишина залива — это не молчание,
а пауза между ударами вечности.

И вдруг — гулкий круглый звук,
как если бы под кожей мира
зашевелилось древнее сердце.
Шаман идёт по холодному берегу,
его шаги почти не касаются дня,
он ещё принадлежит ночи
и тем, кто старше камня.

Бубен гремит,
в пробуждающейся дали отзываются горы,
река вздрагивает,
и духи, как тонкие трещины в воздухе,
проникают в мир дыхания и тел.
«Сегодня, — шепчет ветер,
цепляясь за листву, за дым очагов, —
люди снова уйдут защищать землю,
и надо умыть их души светом предков».

Шаман закрывает глаза,
и Лена входит в него, как студеная вода.
Голоса становятся ближе,
их шёпот тяжелеет, как металл,
они стучат через бубен:
не страх, не смерть,
а память и долг
сегодня поднимаются над водой.
________________________________________

К вечеру небо ранит реку багряной стрелой,
и кровь заката медленно тает
в холодном стекле Лены.
Люди собираются вокруг огня,
как маленькие планеты
вокруг тёплого красного солнца.
Молодые мужчины,
в чьих глазах ещё отражаются детские ручьи,
смотрят в пламя
и видят дороги, которых ещё нет.

Шаман возвращается из глубины дня,
его плечи пахнут дымом предков
и солью древних молитв.
На его одежде звенят подвески,
как голоса тех, кого давно нет,
но кто сегодня сидит с ними в кругу.

Он садится у огня,
бубен ложится рядом,
как старый пёс,
который знает все тропы души.

— Наступил час великой ответственности, —
говорит он,
и огонь поднимает его слова,
как искры к звёздам.
— Предки шепчут:
каждое сердце — щит,
каждая вера — корень,
удерживающий землю от падения.

Он ударяет в бубен —
мягко, но так,
что воздух вспоминает свои истоки.
Звук расправляет плечи мужчин,
зашивает их страхи невидимой нитью.
В каждом ударе — ладонь отца,
который уже уходил в туман войны
и вернулся только именем,
выжженным в памяти.

— Пусть ваши сердца будут крепки,
как лёд, переживший тысячу зим, —
говорит шаман. —
Пусть вера ваша будет твёрже камня,
который не смогли сдвинуть ветра.
Не вы одни идёте:
с вами — шаги тех, кто жил до вас,
дыхание тех, кто ещё не родился.

Бубен гремит,
и Лена откликается низким гулом,
как будто в ее глубинах
движутся древние боги.
В этом звуке — обещание:
земля помнит тех,
кто стоит за неё,
и в каждом, кто встаёт,
расправляют крылья
невидимые предки.

Огонь трещит,
лицо ночи темнеет и становится ближе,
и среди искр и теней
каждый чувствует:
он — не один,
его страх разделён,
его храбрость умножена,
и в груди у него стучит
не только его собственное сердце,
но и древний, медленный,
нескончаемый пульс земли.

23.02.2023