Князь Никита Головин часть 9

Хоть жилось не без труда,
Но пришла ещё беда,
Не оставил завещания,
Князь, ушедший навсегда,

И теперь судье решать,               
То, кому чего отдать,
Кого вычеркнуть с наследства,
А кому всё передать.

По закону, вроде сын,
Должен всё иметь один,
Но закон поправить можно,
Доказав, что сын не сын.

И племяшки, сучки две,
Прямиком бегут к судье,
Предлагают дать на лапу,
Много денег, тыщи две.

А судья, хитрющий пёс,
Отвечает на вопрос,
Это, мол, дороже стоит,
Много денег, целый воз.

Чтоб наследство получить,
Вам придётся заплатить,
За решенье в Вашу пользу,
Тысяч сорок, может быть.

Ну а может быть и сто,
Больно дело не просто,
Головой своей рискую,
Ведь посадят, если что.

Мы согласны, бог с тобой,
Нет проблемы никакой,
Как получится наследство,
Рассчитаемся с лихвой,

Наша жизнь пока бедна,
Нету денег не хрена,
Только сущие копейки,
Выделяет нам княжна.

Я согласен подождать,
Но не смейте возражать,
А пока не рассчитались,
Вы должны со мною спать.

Нет вопросов никаких,
Коль потянешь нас двоих,
Мы ж до этого охочи,
Но смотри, не надорвись.

Не боись, не надорвусь,               
Я том деле тёртый гусь,
Как получите наследство,
На одной из Вас женюсь.

И несите  документ,               
То, что князь был импотент,
Так у мальчика наследство,
Отберём в один момент,

Мол, такие брат дела,
Не от князя родила,
Дескать, надо разобраться,
Где гуляла, с кем спала,

И свидетелей найдём,
Что спала с писарчюком,
А ему деньжат заплатим,
Чтоб признал себя отцом.

А коль мальчик от него,
Не получит он своё,
Так как князь, к его рожденью,
Не имеет ничего.

Девки от судьи ушли,
Быстро доктора нашли,
Тот за небольшую плату,
Сляпал справку для судьи.

Что у князя много лет,
Был склероз и диабет,
И к тому ж, годков десяток,
Он был полный импотент,

И тогда, при всём, при том,
При бессилье половом,
И при этаком раскладе,
Князь не может быть отцом.

И слепили без труда,
Два решения суда,
Отобрав наследство князя,
Без особого труда,

А решением вторым,
Незаконным признан сын,
И не князь теперь он больше,
А простой простолюдин,

И княжна Головина,               
Хоть законная жена,
Но она наследство князя,
Не получит не хрена,

Ведь судья всё присудил,               
Двум племянницам, дебил,
Что они теперь хозяйки,
Он решением подтвердил.

И девицы с барахлом,
Перебрались к князю в дом,
А княгиню прочь прогнали,
Без тебя, мол, проживём.

И пошла такая хрень,
Праздник, пьянки, каждый день,
Пьют, едят, и отдыхают,
Все подряд, кому не лень.

Коль работать не смогли,
То в гуляния ушли,
И любовников-альфонсов,
Для утехи завели.

Сэкономив на сырье,
Заплатили долг судье,
И урезали зарплату,
Чтобы больше брать себе,

Разогнали мастеров,
Тех, кто спорить был готов,
И на новых поменяли,
Всех своих директоров,

И ссылаясь на долги,
Всем запросам вопреки,
Больше денег не давали,
На оснастку и станки.

Сами сучки пьют и жрут,
А зарплату не дают,
Положил народ с прицепом,
На такой бесплатный труд.

И завод, едрёна мать,
Помаленьку стал сдавать,
А потом остановившись,
Стал тихонько умирать.

А племянницам плевать,               
Деньги можно не считать,
Не хватает, можно что-то,
Из хозяйства продавать.

Коль завод в работе встал,
И работать перестал,
То сукно и парусину,
Он на флот не поставлял,

А без парусины флот,               
Никуда не уплывёт,
Но без армии и флота,
Вся Россия пропадёт.

Чтобы флот не пострадал,
И не вылился скандал,
То самой Императрице,
Шлёт депешу адмирал,

Что мол, на носу война,
А завод Головина,
Нам сорвал в последний месяц,
Все поставки полотна,

Коли дальше так пойдёт,
Не достроим новый флот,
А без парусов и снасти,
Враг нас в щепки разнесёт.

И выходит посему,
Проиграем мы войну,
Если быстро не исправим,
Мы вопрос по полотну.

И в верхах возник вопрос,
Те, отправили запрос,
Что случилось на заводе,
Что сюрприз он преподнёс,

Разобравшись, в чём дела,
Совещанье собрала,
У себя императрица,
И приказы раздала,

Собрался Совет большой,
Обсудить вопрос больной,
Разошлась императрица,
Даже топнула ногой,

Расскажите, почему,               
Я чего-то не пойму,
Что из-за судьи ворюги,
Можем проиграть войну,

И куда смотрел козёл,
Их уездный прокурор,
Коль судья творит, что хочет,
Как ведёт он свой надзор,

Пусть отправится туда,               
Член верховного суда,
Разгребать дерьмо, что эти,
Наваляли господа,

Скоро, господи прости,
В наступление идти,
А какой-то клерк уездный,
Встал у флота на пути,

Что он думал, идиот,
Что такое с рук сойдёт,
Коль отдал на разграбленье,
Стратегический завод,

Пусть ответит головой,
За разруху и разбой,
И жандармскому министру,
Отдаёт приказ такой,

Поезжай-ка лично сам,
Наведи порядок там,
Разгреби всю эту гадость,
И раздай всем по делам,

Можешь делать всё, что хошь,
Коль завод пустить смогёшь,
Всех, кто в этом был замешан,
Раздавить велю как вошь.

А продажного судью,
Я вообще казнить велю,
Чтоб прибили как собаку,
И зарыли как свинью,

Эта грязная свинья,
То решенье, как судья,
Как слуга у государства,
Внёс от имени меня,

А племянниц, видит Бог,               
Что устроили подлог,
В кандалы, да по этапу,
Прямиком в Сибирь, в острог.

Всех найти, кто виноват,
Всем велю начистить зад,
Кто готовил, и исполнил,
Этот рейдерский захват.

Привезли судью в подвал,               
Он на дыбе рассказал,
В этом деле всё как было,
И за что он деньги брал,

Вмиг нашли того врача,
Прощелыгу и рвача,
Кто состряпал заключенье,
Даже князя не леча.

Офицер пытать не стал,
Врач и так всё рассказал,
Сколько денег отвалили,
Чтоб н справку накатал.

Был назначен новый суд,
Судьи новые ведут,
Это дело о наследстве,
Рассмотрели срочно тут,

Суд, не долго, заседал,
И наследником признал,
Только молодого князя,
У племянниц, всё отнял,

Ну а им, назначил срок,
В кандалы, да на восток,
По Сибирскому этапу,
И на каторгу, в острог.

А судью наоборот,
Прямиком на эшафот,
А потом, петлю на шею,
И отправили в полёт.