Молитва о колыбели

                «Для меня каждый ребенок — это Христос в колыбели.
                Если мы разрушаем мир, мы разрушаем Лик Божий в человеке.
                У любви нет границ и нет национальности».
                — Мать Тереза


У Бога нет границ и нет окраин,
Для милосердия не нужен перевод.
Будь ты кочевник, пахарь или странник —
На всех один и тот же небосвод.

Пусть чья-то речь звучит совсем иначе
И храмов купола иной резьбы,
Но мамы одинаково все плачут,
Когда тела детей выносят из войны.

Мир захлебнулся сталью и металлом
В безумстве тех, кто чертит рубежи.
И даже девять жизней будет мало,
Чтоб кровь ребёнка с совести отмыть.

Там, где снаряд влетает в колыбели,
Где детский смех засыпан темнотой, —
Там небеса от горя онемели,
Застыв в слезах над бездной гробовой.

Нет оправданья, нет священной цели,
Когда война калечит малышей.
В таком ужасном, страшном беспределе
И вера в Бога гаснет у людей.

Не спрячут нас ни купола, ни свечи,
И наша скорбь останется навек,
В оковах черной, беспросветной ночи,
Свою природу предал человек.

Безумцы мир заполнили бедою,
Переступив за гибельный порог.
За жизнь детей, погубленных войною —
Сполна однажды спросит Бог.

**************************************
Я пишу эти строки не как политик или судья, а как Мать. Когда я смотрю на мир, я не вижу рас, национальностей или разных религий — я вижу детей, которых мы привели в этот мир для счастья.
Мое сердце разрывается от того, что сегодня по всему земному шару матери плачут на одном и том же языке горьких слез. Когда выносят тела детей, небо не спрашивает, на каком языке молилась эта семья или какой у них цвет кожи. Перед Богом и перед смертью — мы все одно целое.
Я верю, что каждый ребенок — это дар небес, в каждом заложено божественное начало. И когда безумцы начинают затевать войны, чертить границы по живому и оправдывать убийство малышей «великими целями» — они совершают самое страшное преступление против Творца. Они предают свою человеческую природу, ту самую искру, которую Бог вложил в них при рождении.
Для меня, как для матери, нет «чужих» детей. Каждая оборванная жизнь — это шрам на моей душе и на совести всего человечества. Мы все под Богом, и Он не делит нас на расы, Он создал нас Людьми.
Тем, кто забыл о Боге в погоне за властью и металлом, придется ответить за каждую колыбель, ставшую могилой. За погубленное будущее, за наш общий растоптанный свет — с каждого из нас однажды спросит Бог (в т.ч. «Город ангелов», «Аллея ангелов»...можно бесконечно продолжать).