Сердца стук

Капли падают на плащ.
Сырость, мрак и холод.
Усмири природа плач,
У него печальный повод.

На холме стоит старик,
Роет яму он усердно.
Капюшон скрывает лик.
Он под нос бормочет нервно.

– Я же был совсем юнец.
Ты меня охомутала.
Звал тебя я под венец.
Ты со смехом отказала.

Я тебя боготворил одну.
Жадно думал о тебе.
Ты давалась танцам и вину,
Всех пускала в дом к себе.

Он бормочет злые речи,
Лопаты не пуская с рук.
Мысли чёрные он шепчет,
Рядом с ним стоит сундук.

– Я тобой болел всерьёз.
Цветы носил к твоим ногам.
Среди тех стареньких берёз
Замуж снова предлагал.

Ты опять мне смех в ответ,
А я тебя прощал за всё.
Ты родник душевных бед,
Ты проклятие моё.

Ты опять пускалась в пляс
Отдавалась снова танцам.
Шепчет он тебе рассказ,
Ты сияешь вся румянцем.

Он копал без остановки,
Землю в сторону бросая.
Сказ о ветренной плутовке,
Так же нервно продолжая.

– Как же я горел от злости.
Ревность жгла меня огнём.
Всем хотел ломать я кости,
С кем скрывалась ты вдвоём.

Каждый раз ты возвращалась,
Нежно мне в глаза взирала.
Рук моих своей касалась,
Все простить ты заставляла.

Я прощал тебе разлуки.
Я порвал себе все нервы.
От тебя я брал все муки.
Ни последний был, ни первый.

Яму он отрыл глубокую
В очень живописном месте.
Чтобы цель свою жестокую
Осуществить во имя мести.

– Когда в последний раз пришла,
О помолвке объявила.
Что такого в нем нашла?
Почему ты так решила?

Я тебя любил годами.
Другие спали лишь с тобой.
Потом сбегали темными ночами,
А я всегда был только твой.

Я от новости нежданной
Своей душой совсем поник.
Молодой красавец был недавно,
А теперь седой старик.

Жизнь мою себе забрала,
Но моей ты не желала быть.
Рана кровью красной истекала.
Я хочу любовь убить.

Хлещет плетью дождь холодный.
Яма грязной полниться водой.
Теперь он будет жить свободный.
Сундук кидает в землю свой.

Порывом ветер бьёт подлец.
Распахнут плащ по середине.
На теле слабом том рубец,
Большая рана на грудине.

Большая рана на грудине.
Любви не знает он отныне.
На ямы дне лежит сундук
И слышен тихий сердца стук.