Шар

Тёплым летом, мне шесть лет, почти закат,
Гоняли шумно возле дома в мяч.
И тут - летит, представь, воздушный шар.
Не тот, что в парке продают, а шар,
Где люди в люльке смотрят вниз, с высот,
Весь город видят, реку и перрон.

Мы понеслись. Я, путая шаги,
Взбегал на холм, куда не ходят дети.
Огромный шар качался у черты,
Садился в поле, на краю, в кювете.

Толпа стояла. Все глядели вверх.
Потом он сел - восторг и восхищенье.
А я смотрел и думал: раньше всех
Успеть бы к маме. Просто возвращенье.

И вот иду. Окраина. Граница.
Заброшенный забор, разбитая больница.
Тьма.
Ни фонаря. Ни голоса. Ни огонька.
И никого вокруг.

Я плачу - слов не знаю к темноте,
Бреду вперёд, и кажется - к черте.

Час. Два. Не помню. Помню только голос:
Девчонка, столько ж лет, как мне, как раз.
Лица не помню. Светлый, тонкий волос.
- Ты тоже за шаром? А я сейчас
Иду домой. Пойдём, я знаю путь.
Я здесь живу. Мы скоро. Как-нибудь.

И мы пошли. Молчали. Говорили.
Она смотрела: где забор, где знак.
А я - под ноги, в звёзды, просто в грязь.
Она вела. Я делал шаг и шаг.

И вышли к перекрёстку. Светят фонари.
Сказала: «Тут». И разошлись и мы.

Я не встречал её. Ни через год,
Ни через десять. Я искал. Забыл.
Но иногда, когда темнеет лёд
И город замирает до зари,
Я вспоминаю: кто-то вел тогда.
Молчала. Не спросила ничего.
И вот стою. Всё тот же поворот.
Всё та же темень, что меня достала.

И думаю: был голос? Был ли шар?
И был ли я - мальчишка, что бежал?

И если нет - скажи мне, кто тогда
Меня из тьмы, чужого, выводил?
Кто разглядел в развалинах следы,
Кто удержал, кто проводил, простил?

И если да - то где она сейчас?
И есть ли свет в конце хотя б для нас?