Красота

Скажи, откуда ты приходишь, Красота?
Твой взор – лазурь небес иль порожденье ада?
 
© Шарль Бодлер „Гимн Красоте”


Я тину доставал со дна речного; знойный день
Топил в воде прозрачной солнца полукруг.
И в запахе венца стального – всходит тень –
Из тины кожаной и мрачной всходит вдруг

Совсем один знакомый силуэт, и полушар
На волнах мелких реет – будто бурный вечер
Предстал пред мною, как поэт; и белый пар
Так тихо, звонко-звучно реет; стройный ветер

Ласкает тайны сбывшихся, невидимых картин,
Чьи видел глазы я огромные – колышется светило –
На берегах покрывшихся: туман, и я совсем один.
И те места – всегда укромные – являлись мне так мило:

За пеленою пара древы скрылись, воздух мягок,
И первый луч пронзает быстро млеющий туман –
И в высь клубы глухую взвились; шелест ягод
Глядит на пламенные искры – нежится фонтан.

Глаза живые – мертвые глаза: иль воздух иль вода.
Мне скажет кто смотреть куда, ведь милый полукруг
Все ластится в крутые небеса; скажи мне, Красота,
Не ты ли пляшуща звезда, не ты ль мне лучший друг?

Ну, а сейчас перед кончиной скромной спляшет и туман,
И луч последний режет тело – слышно голос завтра,
И меж деревьев близких темный – будто океан –
Предстал пред мною, зная своё дело, в пламенном разгаре

Совсем один, совсем ещё живой он – будущий поэт,
Не видящий меня; он в облаченьи тины, будущих веков
Холодных, и сухих, и знойных, и ложится красный свет,
Таящий сон, на наши спины и на тыл приоткрытых голов...

И тогда, коль исчезнет он полностью, – может, вода
Унесла его в таинства вещие, – может родится луна,
На которую шумными волнами ляжет его Красота,
Что и будет с волнами зловещими в таинствах дна

Колыхаться; и бедный поэт стал незримым течением,
Слился с страданьем потока, и прах его – красный песок,
Что обвил мои пальцы, и след мой кривым отражением
Тихо стоит, – и луна одинока, – как будто подводный цветок...

И закончив из тины венец, что я с дня собирал, я впервые
Примерю на жёлто-бледнеющем лике поэта деталь.
И тени, учуяв конец, разбегутся во стороны ране немые,
Что громче кричат и шевелятся, здравствуя водную сталь.

И приветствуя, тихо прощая, я кину соленый венец
Прямо в лик бледнолицей луны, где солнце когда-то
Весело в изгибах воды, предвещая хороший конец...
Но венок только волны пускает кривые куда-то...


XXIX. II. XXVI.