Тридцать три

В тридцать три – тот же возраст и та же черта,
Где смыкается вечность в обрывистость боя,
Унесла за собой твою жизнь пустота,
Оставляя нам время, пробитое болью.

Не в палатах, а в гулких степных ковылях,
Где земля под ногами от взрывов горела,
Принял крест свой солдат, не познав в сердце страх,
Смерть поправ, как Христос, за великое дело.

В тридцать три – замирает на взлёте струна,
Словно в полдень высокий прервали движенье,
Там, где в пламени битв выгорает война,
Ты шагнул в эпилог, за порог отраженья.

Сквозь свинцовый закат, через тернии дней,
Шёл навстречу к Нему, по-солдатски не пряча
Ни лица, ни души, что за веру, верней,
Принимала удар – не прося пересдачи.

Над землёю, где высится скорбный гранит,
Всё, что было живым, угасает бесстрастно,
Бог в ладонях Своих твою грань сохранит,
Если здесь, в суете, это было напрасно.

Но над свежим холмом, где застыл небосвод,
Пробивается луч, обещая спасенье,
Это к свету душа совершает исход –
В тишину, в бесконечность, в любовь, в воскресенье.