Последняя глава
И шесть ещё непрожитых страниц,
Где каждый почерк — россыпь отпечатков
Чужих ресниц, и губ, и ключиц.
А после — горечью полынной, дикою,
Ожогом соли на раскрытый шов,
Она являлась язвою великою,
Наградой за избыток нежных слов.
Я был романтик. Я искал созвучие
В чужих зрачках, в изломах чьих-то фраз.
Но семьдесят шесть — не опыт, а поручни,
За них держался, падая сто раз.
Теперь мой компас указует в прошлое,
Мой парус сшит из памяти и ран.
Я не нашёл. Нашёл — но только брошенное.
Любовь — не берег. Вечный океан.
...И вот стою на кромке этой пристани,
Где ждать уже не буду кораблей.
Не потому что стал душою пристальней —
А потому что стал к себе честней.
Пустое небо. Ни звезды ответной.
Мой долгий путь — попытка отойти.
Я не устал любить. Я стал "посмертным"
Хранителем ничьей уже весны.
Свидетельство о публикации №126021101064