2004-03-01 Всё о том же Пророчество

Что бы было с этим миром? Что мечтать? Как есть, так есть.
Что же будет с этим миром? То – в пророчествах прочесть.
Все ж достойно удивленья – техники развитие,
Но уводят от спасенья таких дел события.

Сексуальная же страсть лишь продолжает род.
Есть пути предохраненья, да и нет забот.
Все за то, чтоб населенье только увеличить?
Есть ли те, кто бы стремился, что б его уменьшить?

Падших сил, эксперименты, с разными народами,
Хоть развитие науки, всё же все, с невзгодами.
Улучшение же быта, расслабляет дух
И какие неудобства – недовольства вслух.

Вот набьется населенье по всем краешкам земли,
Чтоб в удобстве и достатке, жить в богатстве все могли,
И тогда постигнет горе, общего лишения,
Горе будет беспредельно, всё для разрушения.

Вот и копит сатана, население земли,
Чтоб они себя в мученьях, в его пользу извели,
Чтобы падшая система, вся насытила себя.
И не будет уж такого, чтобы Бога жить любя.

Скорбь великая настанет, какой не было всегда.
Что там горе – это мелочь, то – великая беда.
Но ради избранных, однако, сократятся эти дни.
Разом все преобразятся в воскрешении они.

И весь люд на Суд предстанет, и никто не избежит.
Сатана же затрепещет, он собою дорожит.
Ведь его ж предупреждали, что погибель-то придет.
Не послушал, был упорный. Кто его потом найдет?

И земля преобразится, и не будет больше зла.
Те, кто выдержал терпеньем, для того, вся скорбь ушла.
Сам Господь, слезу любую, у скорбящего отрет,
Это будет только с теми, кто для зла, сейчас умрет.

Но для зла – не умираем, для него, сейчас – живем.
Мир греховный развиваем, хотя знаем, что помрем.
Потому-то, и стремленье: увеличить люд людской,
Выпить кровушки побольше, не найти чтоб нам покой.

Даже если, кто-то в счастье, и покое проживет,
Обольщение с обманом, вряд ли, рядышком пройдет.
Потому, как грех запутан, если то в себе не знать,
Всегда будешь в его власти, и, не зная, выполнять.

Борьба с грехом всегда жестока: сила сильная страстей.
Не отпустят они сразу: много всяческих затей.
Потому трудом и скорбью, можно грех лишь одолеть,
И стремленье, и желанье, помощь Господа иметь.

Но Господь помочь не сможет, если страсти не уймешь.
А когда их осекаешь, без мучений – не уйдешь;
И в страданье, и в терзанье помощь Господа придет,
Он очистит скверну душу, и она не пропадет.

В постоянном лишь терпенье, в стойкости – без колебаний,
Нет победы, над грехами – только силою страданий.
Не сами' страданья ну'жны – сатана не отпускает,
Душу каждую он держит, ни одну не пропускает.

Потому, как плоть греховна – надобно ее отсечь.
И без мук не обойдешься, и не сможешь пренебречь.
Сколько в мире гиблой сути, и во всем, мы том живем,
Сколько дряни, сколько мути, от нее мы – не уйдем.

И за всё, и даже мелочь, всё ж придется отвечать.
Жизнь закончиться со смертью, но продолжится опять.
Может, кто будет в покое, ну а может кто в мученье.
Жизнь в соблазнах и обмане, но не имеет то значенье.

Лишь по ветхости завета, без учета изменений,
Церковь хочет много деток, но все это для мучений.
Потому, как нет понятий, до Христовых изменений.
И не приняли совсем уж, важных всех, Его значений.

Принимается отчасти, потому, всё как всегда,
То величие и святость, а то горе и беда,
То восстанье из паденья, то паденье из восстанья,
Из поколенья в поколенье, и одни, всё колебанья.

В абсолютном же принятье, зло давно б, себя явило,
И пришествие Христово, его напрочь бы, убило.
И земля б, преобразилась, и одна была бы, святость,
Ну а так, всё выбираем, то приятность, а то пакость.

И лишь, в этих колебаньях, бесы любят издеваться,
Им, то мир, то благо лучше, а потом, чтоб разодраться.
Ничего тут не поделать – в том живем – что выбираем:
Иль нагадим кучу грязи, иль потом – всё убираем.