Мой ангел

Мгновенье чистого искусства — берёшь ты в руки карандаш,
В душе смешались мысли, чувства, готовясь взять свой абордаж.
Ложатся тени на бумагу, на холст, что был белее льда,
Ты набираешься отваги, чтоб след оставить навсегда.
Эскиз капризный и случайный уже намечен в тишине,
Твой ангел, чистый и печальный, родился в этой белизне.

Ты для него — творец и бог, решаешь судьбы и пути,
Какой назначишь ты итог? Куда ему теперь идти?
Спаситель или же предатель? Чернён он будет или бел?
Ты — всемогущий созидатель, но есть у власти свой предел.

Копьё сжимая в пальцах тонких, стоишь на творческом краю,
Не знает ангел, хрупкий, звонкий, судьбу нелёгкую свою.
Ты башни чёрные рисуешь, готовишь бездну и провал,
Ты с вдохновением балуешь, чтоб он, отверженный, упал.

«Работа, — шепчешь, — тема зла», заказчик требует сюжет,
И пачкать белых два крыла придётся, хоть желанья нет.
Но вдруг рука застыла в дрожи, и сердце просит: не спеши,
Мороз бежит сейчас по коже, в глаза творенья посмотри.
Считай до ста, замри, подумай, пока не тронут чистый свет,
Ведь в каждом штрихе — искра жизни, а не простой от карандаша след.

Смотри! Рисунок оживает, как наваждение, как сон,
Оковы плена разрывает и дышит полной грудью он.
Хрустят фаланги, грифель сломан, решенье принято тобой,
Пусть кошелёк не будет полон, зато в душе царит покой.

Лети же, вестник белокрылый, из бездны к свету, прямо в рай!
Ты спас меня своею силой, твори добро и созидай!
Лети же, вестник белокрылый, из бездны к свету, прямо в рай!
Ты спас меня своею силой, твори добро и созидай!

Твори добро...
И созидай...