Кто- то гордится, что был пионером

Кто- то гордится, что был пионером,
Думает был он хорошим примером,
Ну а другой комсомолию хвалит,
Смотришь от гордости бедного шкалит.

Но пионер, да и с ним комсомолец,
Точно в то время был не богомолец.
Если в то время он крест надевал,
Значит своих он "друзей" предавал.

Этих ребят сатане посвящали,
Были такие, что их просвещали.
Им говорили, что галстук их красный,
Вдуматься если он не безопасный.

Даже у деток отнял Ленин веру,
У октябренка и пионера.
С идолом им нацепили всем знаки,
Стали жить люди во тьме и во мраке.

Идол был Ленин, известный он многим,
Думают добрым он был, не жестоким.
Только на это ведь как посмотреть,
Надо логически мыслить уметь.

Тот кто Христов, носит крестик нательный,
Он крест Христов на земле не бесцельно.
Носит с трудом, отрекаться не хочет,
Он от Христа и  бывает нет мочи.

Трудно идти  в царство Божие в жизни,
Где распинают их Бога в отчизне.
А кто носили значки где был Ленин,
Он ни за что пред Христом на колени.

Не упадет, не заплачет, он горд,
Мысли такие внушил ему чёрт.
Чтоб он гордился своим положением,
Чтобы он к Богу не делал движения.

Вера была испокон у народа,
Но захотели народы свободы.
А от чего им нужна та свобода,
Чтобы греха не боялись народы.

Чтоб этот грех наконец стал законный,
Этим людишкам не надо препоны.
Надо разврат было им узаконить,
Колокол в церкви с утра громко звонит.

Значит сломать надо храмы, соборы,
Не было громких раздоров и споров.
Надо сломать, иль не надо  сломать,
Кто попытался Христа защищать.

На Соловки или в зону другую,
Думали вытравят веру вчистую.
Только бабулькам была эта власть,
Скажем была она бабкам не всласть.

Им умирать, а вождь Ленин упёртый,
Им говорил нет ни Бога ни черта.
Им не хотелось уйти в никуда,
Надо им было держаться Христа.

Он обещал им рай чудный, прекрасный,
Жизнь значит прожита здесь не напрасно.
Эти бабулечки маленьким внукам,
Преподавали о Боге науку.

Легче вложить веру в чистые души,
В уши их дети вложили беруши.
И отступили как все от Христа.
Хоть вера многим была привита.

Средь молодых был остаточек малый,
Кто со скорбями, в болезни, усталый.
Те ещё чтили Творца и молились,
Больше, которые в бездну свалились.

Внуки тех бабушек слушали часто,
Бабка читала им экклезиаста.
Новый завет и завет даже старый,
В веке том душном такой был сценарий.

Так не утратили веры советы,
Взяли от бабок своих эстафеты.
Хоть пионерами были в ту пору,
Только считали они это вздором.

От безысходности брали билет,
Те комсомольцы не лучших тех лет.
Пусть демократия хуже советов,
Тоже потом выйдет много скелетов.

Только гонений пока у нас нет,
Но и соблазнов при этом букет.
Чтобы соблазны пройти и проехать,
Не Пугачёву включайте, а Пьеху.

Слушайте батюшек умных, Ткачева,
Как хорошо, что ушла Пугачева.

Надежда Пилипей .