Саван Морены

Где Смородина-река бьётся в скалы берегов,
У Калинова моста — тени брошенных миров.
Там трёхглавый лютый змей стережёт незримый путь
Чтоб из Нави мертвецы не могли назад свернуть.
Там Кощей на троне спит, чёрный лес стеной стоит,
Он сокровище души в хладных кельях сохранит.
Но не царь в краю теней режет жизненную нить —
То Морена по весне вышла саван свой кроить.
Лик её — жемчужный лёд, губы — маковый дурман,
Стан высокий и прямой, словно утренний туман.
Взгляд бездонный и пустой, как мерцающий родник,
В её белых рукавах первый вешний луч возник.
Серп в руках её блестит, тоньше волоса струна,
Ей сестрица — Жива-мать, ей подруга — тишина.
Ой, Морена, матерь ночи, серп твой остр, а взгляд — вода,
Вплетены в людские судьбы нити льда и полотна.
Не губи, а убаюкай, дай дождаться светлых дней,
Чтобы снова возродиться среди правнуков-детей.
Под окошком мары ходят, кличут имя в тишине,
Не откройся тёмным духам, не доверься ворожбе.
Коль прервётся славный род — не вернуться в мир людьми,
Станешь зверем или древом у развилки на пути.
Поминальный дар неси на высокий на курган,
Чтобы Карна и Желя развели густой туман.
Но за лютою зимой зацветёт костер в ночи,
Отдадут Кощей с Мореной от земных садов ключи.
Взденет солнце на рога снежный саван, прах и тлен,
Смерть — лишь отдых для души, время вешних перемен.
Вспыхнет кукла из соломы — искры в небо полетят,
Чтобы жизнь из пепла встала, возвращаясь в мирный сад.