Мусорные города

Когда человеку не хватает сил и здоровья осваивать новую систему «ограбь ближнего», он начинает постепенно сдавать назад. Сам организм экономит резервы на самое необходимое. Петь, пить, и кричать вмикрофон. Организм переходит в режим экономии и сбережения.
А зачем что-то делать, если то, что делает человек никому не нужно. Всем нужно таскать, а он умеет катать. А спросит зачем, и ему ответят, а чтоб задолбался и вопросов меньше задалбал.

И это в век высоких технологий. Куда стоит только вложиться и прорыв обеспечен. Но, средства тратятся на перепрятывание и сбережение «добра». На компенсацию огромных моральных убытков человека, который не вложился, а прокутил большую часть. И можно сокрыть убыток, но проявить деловитость уже не получится. Та схема которая работала, распалась. Ведь и она держалась на последнем слове, когда сам парадный генерал кутил. А что теперь? Надо впахивать и уже вкладывать миллиарды? В тот опыт, который утрачен.
Но, самое главное, утрачено желание. А если оно утрачено, на эти миллиарды клюнут, либо зелёные юнцы, либо мошенники, которых и распознать некому. А раз некому, то и возглавить юнцов некому.
А вот те, кто понимает что либо, понимает, как это сложно сделать. И деньги здесь не сыграют особой роли, а только усилят нагрузку и усталость по обязательствам. А их хочется как всегда сбросить.
Именно по этой причине, договорная цена отличается от конечной стоимости. По мере нарастания физической усталости растёт и конечная цена. Так устроен сегодня человек.

В этой среде конкуренции сопротивление создаёт и лишнее слово, и воздух, и среда. Это в среде любви и заботы, любая помощь не стоит ничего.

Поэтому, среда конкуренции, замусоривается, а среда заботы и внимания очищается от барахла.
Насилие, это как хроническая болезнь, как запущенное невнимание. И чем оно лечится тоже понятно. Только когда это понимают, становится поздно. Легче поскорбить, чем потом, снова, испытывать болезненные разоблачения. Когда один занят, а другой, вытягивает это внимание и жажду заботы, как младенец который орёт. Которого так и не научили гадить не мимо горшка, когда это уже его основная привычка. Чтоб маменька снова подбежала и сопли утёрла.
А уже возможно и некому нянчится. Либо нет сил, либо нет желающих.

Только вот, такая нянька, нужна и некоторым олигархам. Распальцовывать увиденное, или сказанное. Пережёвывать через тряпочку печенюшки. Разобрать игрушки и то барахло, которое скопилось и дышать не даёт.