Сад из бутонов сердец

Под Магаданом в Мяундже
в шестидесятых
дети играли в футбол
не черепахами, черепами,
кости торчали из мерзлоты,
там она вечна,
не то, что имя поэта
поведавшего об этом.
Спрашивал как это было
папу, сына немецкого инженера
из Питера:
– Что же вы
с несправедливостью не боролись?!
– Нас выводили на улицу,
строили рядом,
шли под конвоем пешком
в том, что было надето...
Приводили на север,
в Карелии где-то
и заставляли себе
в холод строить бараки...
Знаешь, что было
за непослушание?
С горки с гвоздями
по льду отпускали раздетых...

Всем им потом в Ленинград
разрешили вернуться,
долго болел папа,
умер в конце девяностых.
Умер поэт год назад,
на Кавказ перебравшись.
Но, пока мог, каждый август
ехал в Москву,
собирались на Пушкинской люди
и вспоминали
колымское детство, и юность,
учителей, лучших интеллигентов
из ссыльных.
Сад из бутонов сердец,
Мерзлотой не задетых.

7.2.2026