Другая сторона

На море белогривыми волнами
Играет ветер сам с собой, а я
Сижу на берегу, кидая камни
И созерцаю гладко-синие поля.

Мне чужды все заботы мира стали,
Как чайка я парю над синевой.
Гляжу я смело в свои временные дали,
Они мне дарят галактический покой.

Все началось тогда, где на рассвете
Я вышел вдруг к дыханиям морским.
И мы с ним встретились, из моря вышел
Навстречу он земли пескам сухим.

Не знаю, то ли было наважденье,
А может духа злого был проклятый рок,
Да только не было в моей душе сомненья,
Я делал то, что должен был и мог.

Моя избушка на отшибе побелевшем
Вода как лед и берег-камни, не людская степь.
Всегда тут мало было душ приезжих,
И местных душ тут тоже, в общем, нет.

Уже не помню как же я тут оказался,
Возможно, как и все, устал от дел.
И ледяное море стало вдруг манящим
Приютом и спасением идей.

Так вот я вышел там, где дует ветер,
Там, где звезда резвилась со горбатою водой.
И никогда я не забуду чувства эти,
Всплывают в памяти как трупы вновь и вновь.

Взбурлилась тина, задрожали ноги.
И, раздвигая сини рябь перед собой
Выходит чудище морское, Святы Боги!
Такое не остановить железом и мольбой.

Ушами слышал всплески вод природных
И гомон чаек, что сошлись в мольбе.
Но этот голос был иным, утробным,
Раздеть чудовище велел тот голос мне.

Мой опыт говорил, что делать так не надо,
«Опасен житель дна!»-мой опыт говорил
Но голоса ослушаться мне было дюже гадко,
Во сто крат гаже, чем руками трогать сгнивший ил.

И я снимал с него смердящий балахон.
Как скульптор, отсекая тот гранит,
Что со скульптурой связан, как корова с молоком,
Мне вскоре лик его прекрасный стал открыт.

Он распахнул свои глаза и Боги!
Я понял сразу-этот парень видел все!
Он видел Рим и его первые дороги,
Неандертальцев видел он и их костер.

Он видел то, как по камням Синая
Взбирался за скрижалью Моисей,
Он видел, как уходят в плодородье
Друзья его при помощи червей.

Он видел, как сражались кашалоты
С кальмарами в воде размером с дом,
Он видел, как врагов своих нещадно
Жгли греки своим греческим огнем.

Он укусил. Он сделал это мягко.
Я помешать ему никак бы не посмел.
Тогда моргнул я, вижу кучку праха,
Он передал мне все и отошел от дел.

Сознание сего приходит сразу.
Сейчас, возможно, не поймете вы меня,
Но надо мной боле не властна старость,
Мне не видать кончины от воды, огня.

Мне дали силу, надо мной не властны
Люди, боги, мать-природа - нет!
Я жил с ней год и сотню и когда-то
Давным-давно я потерял счет лет.

Я Солнце трогал голыми руками,
Я был мишенью мощных ядерных ракет,
Я был пиратом сомалийским, был в вулкане,
Я ощутил на себе всех веществ эффект.

Я плавал в антарктических озерах,
Я селектировал породистых собак,
Я делал вещи, что уму непостижимы!
Я делал все! Мне дальше жить никак.

И я зайду, я погружусь в пучину,
По дну буду идти и я приду,
Тот берег будет райским, уже вижу,
Я видел все и я теперь в бреду.

Я выйду, также в тине мертвоокий.
Я знаю точно, что меня там будут ждать.
Один укус и я со всем покончу.
На этой стороне мне нечего желать…