Сказка про Самарского Азбукешу

Глава 1: Хранитель Самарских слов
В самом сердце Самары, там, где стоит нарядный, похожий на сказочный терем Драматический театр, обитает необычный житель. Зовут его Азбукеша. Ростом он не выше томика стихов, носит кафтан, расшитый алфавитом, и очки в золотой оправе, чтобы лучше видеть даже самые маленькие буковки.
Азбукеша — хранитель грамоты и историй. Каждую ночь, когда город засыпает, он обходит Самару с волшебным фонариком. Он проверяет, на месте ли буквы на памятниках, не стёрлись ли названия улиц — Куйбышева, Фрунзе, Ленинградской. Ведь если буква пропадёт, то и память о важном событии может исчезнуть!
Однажды утром Азбукеша проснулся и ахнул. Выглянул он в окошко, а на афише театра вместо «Сказка» написано «..азка». Буква «С» пропала! Побежал он к набережной, а там на указателе вместо «Волга» красуется «Вол..а». Буква «Г» улетела!
— Ой, беда-беда! — запричитал Азбукеша. — Это происки Кляксы-Ваксы, которая терпеть не может порядок и чтение. Она решила превратить Самару в город без названий, чтобы люди заблудились и забыли свои сказки!
Азбукеша поправил очки, взял свой верный мешочек с запасными знаками препинания и отправился в путь. Ему предстояло собрать пропавшие буквы, пока солнце не село, иначе они превратятся в обычные серые камни.
Первый след привёл его к Струковскому саду. Там, под старым дубом, он увидел странное чёрное пятно, которое пыталось проглотить букву «А» из слова «Самара».
Песенка Азбукеши
Я по городу хожу,
За порядком я слежу.
Буква «А» и буква «Б»
Рады мне и рады те.

Коль исчезнет вдруг словечко,
Заболеешь ты сердечком.
Я Самару сберегу,
Все ошибки исправлю!


Глава 2: Легенда о Жигулёвских горах
Азбукеша ласково посмотрел на Кляксу-Ваксу, которая сердито раздувалась, пытаясь спрятать украденную букву «А».
— Погоди, Клякса, не серчай, — тихо промолвил он. — Знаешь ли ты, почему наш край такой красивый? Послушай легенду о Хозяйке Жигулёвских гор. Давным-давно, когда Волга была ещё узким ручейком, жила здесь гордая красавица. Она хранила несметные сокровища, но не золото и камни, а слова любви и верности. Когда злые кочевники захотели забрать её силу, она превратилась в каменный утёс, а её слёзы стали чистыми родниками. Эти родники питают нашу Волгу, а эхо в горах до сих пор хранит те самые важные слова.
Клякса-Вакса замерла. Её чёрные края перестали дрожать, а сама она стала как будто светлее, приобретая глубокий синий оттенок, похожий на цвет волжской воды в сумерках.
— Если ты заберёшь буквы, — продолжал Азбукеша, — то никто не сможет прочитать эту легенду. Имена гор — Могутовая, Верблюд, Лысая — просто исчезнут из памяти. Разве тебе не хочется быть частью такой великой истории, а не просто пятном на бумаге?
Клякса всхлипнула. Из её центра выкатилась маленькая, сверкающая буква «А». Но тут поднялся сильный ветер. Это не просто погода переменилась — из-за Волги прилетела тень Злого Суховея, который не любил ни легенд, ни прохлады. Он подхватил букву и понёс её в сторону Жигулёвских ворот.
— Держи её! — крикнул Азбукеша. — Без буквы «А» Самара потеряет своё имя!
Нам нужно спешить к речному вокзалу, чтобы переправиться на тот берег и догнать ветер. Но на чём же нам плыть? У Азбукеши есть волшебный бумажный кораблик, а Клякса может превратиться в парус.
Сказ о Жигулях
Там, где Волга гнёт дугу,
На крутом на берегу,
Горы древние стоят,
Тайны вечные хранят.

В тех горах живёт покой,
Над зеркальною рекой.
Слово доброе скажи —
Сердце сказкой оживи.


Глава 3: Белоснежные крылья над Волгой
Азбукеша и Клякса-Вакса, которая теперь стала нежно-голубой, прибежали на четвёртую очередь набережной. Там, гордо возвышаясь над берегом, стояла белоснежная Ладья. Её каменные паруса застыли в вечном движении, устремлённом к горизонту.
— Матушка-Ладья! — воскликнул Азбукеша, притопнув своим крошечным сапожком. — Городу грозит беспамятство! Злой Суховей уносит букву «А» в Жигулёвские ворота. Помоги нам, стань нашей опорой в погоне!
Он достал из мешочка золотую запятую и приложил её к холодному камню, словно ключ к замку. В тот же миг земля вздрогнула, и послышался глубокий, как гул парохода, вздох. Камень начал светлеть, становясь прозрачным и лёгким, как утренний туман. Огромные паруса Ладьи затрепетали, наполнились живым ветром и превратились в сияющий шёлк.
— Садитесь скорее! — пророкотал голос, похожий на плеск волн о гранит. — Давно я ждала часа, чтобы коснуться воды!
Ладья плавно соскользнула с постамента прямо в синие воды Волги. Азбукеша крепко вцепился в борт, а Клякса-Вакса растянулась по палубе, превратившись в мягкий ковёр. Они неслись по реке быстрее самого быстрого катера. Брызги летели во все стороны, превращаясь в маленькие хрустальные буквы.
Впереди, у самого подножия Царёва кургана, они увидели Суховея. Он выглядел как огромный пыльный вихрь, в центре которого отчаянно билась золотая буква «А». Суховей хохотал, посыпая берега песком, отчего зелёные листья на деревьях начинали блекнуть.
— Эй, ветрище-пылище! — закричал Азбукеша. — Отдай наше достояние! Без буквы «А» не будет ни Арбузов самарских, ни Авиации нашей славной!
Суховей лишь сильнее закружился, создавая на реке опасную воронку. Ладью начало качать. Чтобы победить вихрь, нужно было либо перехитрить его загадкой, либо использовать силу волжской воды, которую Ладья могла поднять своими вёслами.
Песнь Ладьи
Белым парусом взмахну,
Всколыхну я глубину.
По волнам, как по дорожке,
Повезу я Азбукешку.

Не догонит нас беда,
Гонит нас вперёд вода.
Символ города родного
Выручит из плена слово!


Глава 4: Мудрость против пыли
Азбукеша выпрямился на носу сияющей Ладьи, поправил свои очки и крикнул так громко, что даже чайки притихли:
— Постой, Суховей! Ты мнишь себя великим и могучим, а сможешь ли разгадать то, что знает каждый самарский ребёнок? Если отгадаешь — забирай букву и лети себе дальше. А если нет — рассыплешься ты мелким песком и станешь дорожкой в парке!
Вихрь замедлился, недовольно ворча и обдавая героев жаром пустыни.
— Говори свою загадку, книжный червь! — пробасил Суховей. — Нет такой тайны, которую я бы не развеял!
Азбукеша хитро прищурился и произнёс:
«Течёт, но не вода; бежит, но без ног; берега её каменные, а сама она — из слов соткана. В ней и прошлое, и будущее, а если её закрыть — она замолчит, но не исчезнет. Что это?»
Задумался Суховей. Стал он крутиться то в одну сторону, то в другую.
— Это Волга! — взревел он.
— Нет, — ответил Азбукеша, — Волга из воды, а тут слова.
— Это дорога! — завыл вихрь.
— Нет, дорога не молчит, когда её закрывают.
Суховей так злился и так быстро соображал, что его потоки воздуха начали путаться. Он завязывался в узлы, пытаясь найти ответ. Пыль внутри него стала оседать, а сам он становился всё меньше и прозрачнее. Наконец, он в отчаянии выкрикнул:
— Не знаю! Нет такого на свете!
— Есть, — улыбнулся Азбукеша. — Это Книга. В ней течёт история, её страницы — берега, а когда её закрываешь, она ждёт своего часа на полке.
Как только прозвучало верное слово, Суховей с громким «хлоп!» рассыпался на тысячи песчинок. Золотая буква «А» плавно опустилась прямо в руки Азбукеше. Она была тёплой и пахла свежим хлебом и речным ветром.
— Ура! — закричала Клякса-Вакса, подпрыгивая на палубе. — Мы спасли имя города!
Но радость была недолгой. Оказалось, что пока они гонялись за Суховеем, Клякса-Вакса заметила, что другие буквы, которые она успела «испачкать» в начале, начали тускнеть на городских вывесках. Чтобы вернуть им блеск, нужно было не просто привезти букву «А» назад, а совершить нечто особенное на площади Куйбышева.
Загадка Азбукеши
Не дерево, а с листами,
Не рубашка, а сшита,
Не человек, а рассказывает.
В ней мудрость веков сокрыта.

Кто страницы её открывает,
Тот в мир чудес улетает.
А кто загадку мою не поймёт,
Тот мимо сказки пройдёт!


Глава 5: Праздник оживших слов
Ладья бережно доставила героев к берегу, и Азбукеша вместе с Кляксой-Ваксой (которая теперь стала совсем прозрачной и сияющей, как капля росы) поспешили на площадь Куйбышева — самую большую площадь в Европе!
— Нам нужно собрать здесь всех жителей! — воскликнул Азбукеша. — Когда тысячи людей одновременно откроют свои любимые книги, сила их воображения создаст такой мощный поток света, что ни одна Клякса и ни один Суховей не смогут его погасить.
Азбукеша достал свой волшебный колокольчик и позвонил в него. Звук разнёсся по всем улочкам: от Вилоновской до Полевой. И потянулись на площадь люди. Дети несли свои буквари, дедушки — старые газеты, а мамы — томики стихов.
В центре площади Азбукеша торжественно водрузил спасённую золотую букву «А» на высокий постамент.
— Раз, два, три! Читайте, друзья! — скомандовал он.
И в тот же миг над Самарой поднялся невидимый, но тёплый вихрь. Это были тысячи историй, вылетающих со страниц. Буквы на вывесках магазинов, на памятниках и в названиях улиц начали наливаться золотом. Пропавшая «С» вернулась на афишу театра, «Г» заняла своё место в слове «Волга». Город словно умылся чистой родниковой водой и засиял ярче прежнего.
Клякса-Вакса от счастья превратилась в красивую чернильную розу и украсила петлицу кафтана Азбукеши. Теперь она обещала помогать писателям записывать только самые добрые сказки.
— Вот и славно, — прошептал Азбукеша, глядя на счастливых горожан. — Пока люди любят книги, наш город будет жить, а слова — согревать сердца.
Вечером над Волгой прогремел праздничный салют, и каждая искорка в небе была похожа на маленькую букву алфавита. А Азбукеша вернулся в свой уютный терем за кулисами театра, чтобы подготовить новую сказку для тебя, мой маленький друг.


Завершился путь чудесный,
Город наш такой прелестный!
Буквы встали в стройный ряд,
О Самаре говорят.

Ты читай побольше книг —
Мир откроется в тот миг.
Азбукеша шлёт привет,
В книгах спрятан весь секрет!