Похоть третий стих серии

О чём мы сегодня? — о тёмной тоске,
О грехе Асмодея, горячем и нежном,
О том притяженье, что тлеет в виске
И в теле звучит обещанием грешным.

Похоть — не вспышка, не грубый порыв,
Она подбирается медленно, ближе,
Как будто бы шёпот, дыханье, мотив,
Как пальцы, скользящие ниже и ниже.

Сначала — лишь взгляд, что пронзает насквозь,
Лишь пауза, ставшая громче признаний,
И вот уже кожа горит наизнос
От близости тёплой чужих очертаний.

Дыханье сбивается, плавится ночь,
И время стекает по венам, как влага,
И разум не в силах желанью помочь—
Он сдался, он тает, он больше не стража.

Тела — как слова, что нашли перевод,
Как струны, натянутые до предела,
Где каждый изгиб — это тихий приход
К той грани, где чувство становится телом.

И стоны, как ветер, ломают покой,
Срывают молчание с губ осторожно,
И мир исчезает за тонкой чертой,
Где «любовь» уже не важнее, чем «можно».

Но похоть — не только про нежность и жар,
В ней голод и власть, и тянущее бремя,
Она, как манящий и сладкий угар,
Который берёт и пространство, и время.

Она обещает: «Ещё, не сейчас…»
И снова затягивает, словно воронка,
Где каждый становится телом для глаз,
А сердце — лишь эхом далёкого гонга.

В ней можно утонуть, раствориться, сгореть,
Забыв, где любовь, где простое касанье,
Где хочется не просто телом владеть—
А быть для кого-то теплом и дыханьем.

Похоть — как ночь: в ней и страх, и покой,
И сладкая дрожь, и паденье без края,
Она накрывает горячей волной,
И шепчет: «Живи… ничего не скрывая».