Суицид

                …Ибо   только   Я знаю   намерения,
                которые имею о вас, говорит Господь
                намерения   во   благо, а   не   на   зло,
                чтобы      дать      вам      будущность и надежду…
                Иеремия 29:11
               


Она летела бесконечно долго, время как будто растянулось в ее сознании, все воспринималось, как замедленная киносъемка, но с неимоверной быстротой перед глазами проносились кадры из ее жизни. Вот она открывает глаза и делает глубокий вдох, выйдя из теплого материнского чрева, ей холодно и неуютно, какие-то люди в белом передают ее из рук в руки, вот она жадно примкнула ртом к мягкой материнской груди, стало тепло и спокойно, блаженная нега разлилась по всему телу. Вот ее неуверенный первый шаг, мамины нежные руки надежно держат ее крохотные пальчики, первый класс, первая влюбленность, школьный выпускной, институт, замужество, рождение дочки и светлое ощущение переполняющего счастья. Уход дочки, маленькой, беззащитной и щемящая тоска, невыносимая боль утраты, уход мужа и снова боль. Мама рядом, всегда, она кладет маме на колени свою голову, и мама нежно перебирает ее волосы, поглаживает по спине, успокаивая и подбадривая. Но боль не уходит, она как будто разрастается внутри, разъедая внутренности. Страх одиночества. Принятие решения. Она знает, что это грех, тяжкий и непоправимый, но все равно решается на этот отчаянный шаг. И вот сейчас за доли секунды страшного полета раскаяние, как просветление и автоматной очередью в голове: «Господи, прости, сохрани и помилуй! Прости!»
         Бог услышал ее короткую молитву, но посланный на Землю Ангел замешкался, входя в плотные слои атмосферы и подхватить не успел. Глухой удар, подбородок резко сомкнул зубы, страшная боль пронзила все ее тело, но яркой огненной вспышкой в голове взорвалось одно единственное слово, короткое, как приказ: «Жить!»
         Она очнулась в больничной палате, дышать было трудно, голова была тяжелой, но голова была! Лицо сильно саднило. Хотелось пошевелить руками, но не получилось, двигались только пальцы, но пальцы двигались! Ноги были как будто связаны, но ноги были! Потом она увидела маму. Мама спала, положив голову на тумбочку. Ее миниатюрное тело как будто высохло, стало совсем маленьким и казалось очень хрупким. Она разглядывала спящую маму и воспоминания медленно возвращали ее к действительности.
         Мама открыла глаза и улыбнулась. «Все называют твое спасение чудом!» - тихо начала она, - «Какой-то фургон с вещами новоселов поднимался на пандус был страшный гололед, машину занесло, она ударилась бортом о чугунное ограждение, от удара выскочил шток, запирающий двери кузова, из которого, как с горы полетели коробки и тюки с вещами. На них ты и упала, как будто кто одеяло подстелил!» Мамины глаза светились счастьем.


… ибо Ангелам Своим заповедает о тебе -
охранять тебя на всех путях твоих:
на руках понесут тебя, да не преткнешься о
камень ногою твоею…
Псалом 90 1:11 1:12