Аид

Брат Зевса, мрачный Бог Аид
Задумал месть – не ест, не спит,
Вынашивает хитрый план -
В Тартар свалить Небесный клан.

- Сколько же можно пить нектар?
Сопьются, ведь, и млад и стар.
Пьют даже дети, херувимы -
Потери демографии непоправимы.

А я брожу один во тьме,
В конце концов, ведь, скучно мне.
Эти ж забрались на Олимп,
Напялили на кудри лимб

И пребывают в вечной неге
На звёздном Небе - печенеги!
Живут в блаженстве, едят фиги
И меж собой плетут интриги.

Нет, чтобы драться меж собой -
Людей толкают на убой.
А в результате, в людском царстве
Народу, обречённых на мытарства,

Гораздо меньше, чем в моём
Загробном мире, обеспеченных жильём.
И я умнее, чем мой брат:
Здесь, под горой, большой охват

Умов, ушедших из Эллады,
О ком потом поют баллады.
Здесь Цицерон и Архимед,
Гомер, наш греческий поэт.

Когда мне подают обеды,
С ними, порою, я веду беседы.
Кто ж на горе шепчет вам в уши?
Льстецы? Вы бьёте в праздности баклуши.

Я, как батрак, грызу науки,
А вы толкаете людей в войну от скуки.
Всё достаётся по щелчку,
А я же впитываю знанья по глотку.

В итоге, мой талант зарыт
Под землю, от прогресса скрыт.
Я многое познал тут от великих
Философов, скрытых от вас, безликих.

Для вас прогресс стал неудобен,
Тогда народ, богам подобен,
Ваш подорвёт авторитет.
Ведь, на Олимпе, в сущности, науки нет.

Доступна Вам любая прихоть,
А сделать выводы – увы, не слЫхать.
Пора бы мне воссесть на трон,
А этих пусть везёт Харон.

Где мои сильные атланты?
Мне надо людям передать мои таланты.
Хотя, взойдя на гору, я таким же стану
И развиваться, как учёный перестану.