Часть 16. Нищета и нестяжательность блаженной

Прасковья-то Ивановна с тех пор
стала бояться своей дочери, бывало,
то в сундучке ей платьишки пришлёт,
то передаст с посыльными фунт чая.

Все эти платья Анна в кучки разделяла,
их раздавала тем, кто в них нуждался,
так как блаженная их видеть не желала,
они ей прошлое и мать напоминали.

А как-то раз приехала Глафира –
жена сыночка Алексея Королёва,
чтоб свою родственницу новую увидеть,
да поддержать её хотя бы добрым словом.

Она любила Пелагею-то Ивановну,
в её призвание и путь от Бога верила.
Они и ранее встречались в Арзамасе –
когда была ещё замужнею блаженная.

Её спросила Пелагия очень ласково,
когда в беседе их закончились слова:
«Не выпросишь ли ты у моей матери
какой-нибудь забытый самовар?»

Мать самовар в Дивеево прислала,
когда туда Андрей Иванович* поехал,
с тех пор полегче Пелагии с Анной стало.
Тогда привёз сестре Андрей и кожи с мехом.

Отдал он Анне кусок кожи и сказал:
«Сшей для сестры, что ли, коты какие,
ведь без обувки она ходит – стыдно нам!»
Ну, Аннушка коты-то ей и сшила.

Надо сказать, что Пелагия никогда
не надевала на себя чулок и обуви,
и в тех котах она полдня не пробыла,
ушла-то в них, вернулась домой босою.


Андрей Иванович* – родной брат Пелагии Ивановны.

08.02.2026 г.