Ахматова. Мне ни к чему одические рати. Инструкция

Ахматова. Мне ни к чему одические рати. Инструкция в 3 строфах.

Отрывок из произведения «Тайны ремесла»

Мне ни к чему одические рати
И прелесть элегических затей.
По мне, в стихах все быть должно некстати,
Не так, как у людей.

Когда б вы знали, из какого сора
Растут стихи, не ведая стыда,
Как желтый одуванчик у забора,
Как лопухи и лебеда.

Сердитый окрик, дегтя запах свежий,
Таинственная плесень на стене…
И стих уже звучит, задорен, нежен,
На радость вам и мне.

1940 г.

В январе 1940 года, в Ленинграде, под угрозой ареста, с расстрелянным мужем
и сыном в лагере, Ахматова написала манифест. Не политический — поэтический.
Двенадцать строк о том, как устроены стихи. Эти строки пережили её, пережили
СССР, и сегодня их цитирует каждый второй пишущий человек.

Против кого это написано
«Мне ни к чему одические рати» — первая строка бьёт сразу. Одические рати
— это XVIII век, Ломоносов, Державин, торжественные оды императрицам. «О ты,
пространством бесконечный...» — вот это рати. Пафос, громыхание, поэт на
котурнах.
«И прелесть элегических затей» — это уже по своим, по символистам. Блок с его
туманами, Бальмонт с его «я — изысканность русской медлительной речи». Красиво,
но — затеи. Игра в бисер.
Ахматова отказывается от обоих. Ни громыхать, ни мерцать. А что тогда?

Из какого сора
«Когда б вы знали, из какого сора растут стихи, не ведая стыда» — главная формула
русской поэзии XX века.
Сор — это не метафора. Это буквально: жёлтый одуванчик у забора, лопухи, лебеда.
 Сорняки. А ещё — сердитый окрик (сосед? муж? конвоир?), запах дёгтя, плесень
на стене.
Из этого — стихи. Не из возвышенных переживаний, не из библиотечной пыли, не
из мечты о прекрасном. Из того, что под ногами. Из быта, из боли, из запахов.

«Не ведая стыда» — стихам всё равно. Им не стыдно расти из грязи. Это поэту
бывает стыдно — писать о плесени, когда положено о звёздах. Ахматова снимает
этот запрет.

Как это сделано
Форма подтверждает содержание. Никакого украшательства:
— Разностопный ямб: строки разной длины, как в разговоре
— Рифмы точные, но простые: рати — некстати, сора — забора
— Ни одного «красивого» слова, ни одной инверсии ради инверсии
— Синтаксис прозрачный: подлежащее, сказуемое, точка
Ахматова не просто говорит «пишите просто» — она показывает, как.

Почему это работает до сих пор
Потому что каждый пишущий узнаёт себя.
Ты сидишь, смотришь в окно. Там ничего особенного — забор, сорняки, соседка
кричит на кота. Ты думаешь: из этого стихов не напишешь. Нужно что-то
значительное. Любовь. Смерть. Космос.
А Ахматова говорит: нет. Из этого и пиши. Из сора. Из того, что «некстати,
не так, как у людей».
Это разрешение. Лицензия на поэзию из подручных материалов.

Что осталось за кадром
1940 год. Ежов расстрелян, но Берия работает. Сын Ахматовой — Лев Гумилёв —
в лагере. Первого мужа расстреляли в 1921-м. Она пишет «Реквием» — но его нельзя
публиковать, нельзя даже хранить, только заучивать наизусть.
И в это время — стихотворение о том, как растут стихи. О радости. «На радость
вам и мне».
Это не наивность. Это позиция. Стихи растут из сора, в том числе из сора истории.
 И им не стыдно.

Итог

«Мне ни к чему одические рати» — это не просто хорошее стихотворение.
Это рабочий инструмент. Инструкция.
Когда не знаешь, о чём писать — вспомни: из какого сора.
Когда кажется, что тема слишком мелкая — вспомни: лопухи и лебеда.
Когда хочется красивостей — вспомни: мне ни к чему.
Двенадцать строк. Всё, что нужно знать о поэзии.