Ритуал Очищения

В полутонах рассвета, где тень и свет сплелись,
Замерла она, подобно птице, что в полете застыла.
Взгляд янтарный, словно два аметиста, ввысь
Устремлен, где незримая нить судьбы ветвила.
Её уши, пушистые, чуткие, как лепестки,
Ловят шорох мира, неведомый простому слуху.
И прядь волос, как шелк, ниспадает, что легки
Касания ветра, приносящие душе утеху.


В руках её, облаченных в перчатки тьмы,
Плод, словно мир, что поддался её ласке.
Лезвие ножа — луча зари, что спит в холмы,
Скользит неспешно, даря сакральной пляске
Начало. Кожица — тонкий покров тайны,
Слетает медленно, открывая суть, роняя
На ладонь прозрачный след, мгновенный, случайный,
Как эхо промелькнувшей мечты, что уплывает.


Наряд её — белоснежное облако мечты,
С элементами чести — ленты, что словно флаги.
Напоминание о подвигах, о силе, о пути,
Что был пройден, оставив след, не знающий браги
Людской суеты. Но в этом моменте тишины,
Когда мир для неё — лишь яблока округлость,
Забыты воинские песни, забыты сны
О битвах. Лишь нежность, хрупкая, как хрупкость
Утреннего тумана, проступает сквозь черты.


Её дыхание — легкий бриз, что гладит щеки,
Придавая им оттенка розы, что цветет в ночи,
Краснея от смущения, или же от глубокой
Мысли, что витает где-то над самой головой.
Её плечи обнажены, манят, как зов
Морей забытых, где волна целует берег.
И складки ткани, словно гребни прошлых снов,
В гармонии с ней, что покоряется вере
Природы.


Время — река, и она — лишь лодка на волнах,
Что плывет неспешно, не властна над собой.
А нож — лишь весло, что отталкивает страх,
И дарит миг покоя, что в сердце навек собой
Запомнится. Прозрачность линий, изящество теней,
Сложная геометрия форм, что сплелись в узор.
В этом кадре — вечность, что стала мгновением,
И тихий зов души, что в поиске заблудшей гор
Привела к себе.


Её взгляд — портал в миры, где затерян смех,
Где шепчутся звезды, и луна поет баллады.
Там, в глубине души, скрыт тихий грех
Иль добродетель, что как пламя, что не гаснет,
Горит. Её образ — акварельный след на льду,
Неуловим, но прекрасен, как первое цветение
Весны, что пришло, словно дивное чудо,
Наполняя мир мечтой, и даря наслаждение
Взору.


Так пойми же, странник, что видишь сей этюд,
Что в каждом мазке, в каждой линии — истина.
Она — как сон, что в реальности живёт,
Как песня птицы, что звучит неслышно,
Но в сердце отзывается. В этом арте — вся жизнь,
С её печалью, радостью, и нежностью рассвета.
И в глазах её, где тайна, словно приз,
Томятся вечные вопросы, в ожидании ответа.


Белый лист — как холст небес, где витает дух,
А контрасты — как тени, что отбрасывают скалы.
И тонкая грань между явью и забвеньем,
Где рождается искусство, что вечно, словно алый
Цветок жизни. Красота — её язык,
И каждый жест — поэма, что в вечности останется.
В этом образе — целый мир, дикий и дикий,
Что каждому, кто ищет, тихо отзовется.