КПВ

Он по миру ходил настолько жалким,
Что на него не взглянуть без насмешек,
Он самовольно стал к унижениям падким,
Что глумились над ним даже пешки.
К восходу Луны, поводок набросив на шею,
Он садился на привязь и хозяину протягивал кнут,
А ночью оставался с одиночеством склеен
И сам не хотел избавляться от пут.

Однажды хозяин даровал ему волю,
Но, несмотря на всю боль, тот рвался назад,
А хозяин стрелял ему под ноги дробью,
Чтоб тот навсегда уходил в закат.

И вот, он оказался вышвырнут в мир,
Храня в груди страх, обиду и злость,
И жажду кого-нибудь порвать на куски
И обглодать тому каждую кость.
И быстро в сети жертва попала,
С которой впервые не был он кротким,
Вот только жертва эта была
Узница психиатрической койки.

Он целыми днями кусал её руки,
А она рыдала не в силах найти
Того, кто прервёт её муки
И, с койки подняв, до дома поможет дойти.
Животное выгрызало ей в лучшее веру,
Превращая палату в кромешнейший ад,
Угрожая отправкой на просторы иного мира,
И так продолжалось, пока одной ночью не послышался залп.

Он побежал на страшного звука источник,
Который будто бы к себе его звал,
А на улице стоял хозяин-охотник
Выстрел.
И дрянное животное сражено наповал.


08.02.26