Эмпатия
«Отчего так сердце замирает?» —
Сжимает крепко кулачки.
Русская в белом халате знает:
Ей за сорок, но не так уж много.
Это просто проверка веры,
В Риге — в медицине, не первый год она.
Латышский язык ей подвластен,
Двадцать лет в педиатрии – её личный счёт.
Куплет 2
Дрожит в руке перо, но пишет:
«Четыре года малышу.
Лейкоз. Родители в тревоге.
Химиотерапия направлена в борьбу.
Первый курс — отмечен рвотой,
Второй — ремиссия пришла.
Третий — радость и улыбка.
Здоров! Такова его судьба».
Припев:
Белая докторская блузка,
Память хранит боль и тоску.
Не сломить русскую душу,
Никогда и ни кому!
Куплет 3
В глазах — внезапно свет погас,
Потемнел мир вокруг.
Лишь чёрно-белый кадр возник —
Сорок первый, страшный круг.
И крик в ушах — расстрелянных,
Еврейских матерей.
А память рвёт души на части,
Как будто это — здесь.
Припев (повтор):
Куплет 4
Ноябрь сорок первого. Румбульский лес.
Толпа в ожидании конца.
Немцы с автоматами стоят,
Женщины детей жмут к груди.
Молодая мать с ребёнком,
Взгляд её — как приговор.
Номер на пальто, в глазах — испуг,
«Спасите сына, умоляю вас».
Припев (повтор.):
Куплет 5
«Бронштейн!» — слышит вдруг она.
«Сочинение — не то,
Критерии не соблюдены,
Должность — не для вас».
Слова звучат, как выстрел,
«Но я спасла его!» —
По-латышски тихо говорит она.
«Не важно это», — слышится в ответ.
Припев:
Белая докторская блузка,
Память хранит боль и тоску.
Не сломить русскую душу,
Никогда и никому!
РУССКУЮ ДУШУ!
НИКОГДА И НИКОМУ!
Свидетельство о публикации №126020709006