Переводчик пустоты

В моём бюро всегда неяркий свет,
И пыль танцует в полосе заката.
Сюда приходят те, в ком слова нет,
Чья тишина виной иль болью сжата.
Я не гадалка, не полночный маг,
Я лишь толмач того, что не изречь.
Перевожу я каждый трудный шаг
И паузы, что режут, словно меч.

Один принёс застрявшее «прости» —
Оно в груди катилось горьким комом.
Другой — «люблю», что не сумел спасти,
Оставив стынуть в воздухе знакомом.
Я слышу пульс под тонким слоем «боль»
Я вижу шрамы там, где голос стих.
Я каждой тени подбираю роль,
Читая правду в паузах чужих.

Однажды сел старик. Часы в углу
Считали такт, в котором гаснет время.
Он долго вглядывался в серую золу,
Неся в себе невидимое бремя.
Я слушал холод. Думал: «Это страх,
Он видит смерть, застывшую в преддверии».
Но тишина дрожала на его губах,
И я не сразу в эту дрожь поверил.

В его глазах была тоска морей,
Где смыслы сокровенные таятся.
Старик сидел среди своих теней,
Где слёзы в горькой памяти теснятся.
Она была единственной судьбой
В тот час, когда застыло всё на свете.
Он говорил беззвучно с пустотой,
Словно один остался на планете.

Он не боялся лечь в сырую тень,
Не трепетал пред вечностью немою.
Он лишь боялся, что настанет день —
И след его затянется травою.
Что имя, словно ветхое перо,
Исчезнет под покровом бытия.
Я перевёл... Он вышел из бюро,
Оставив свет — в нём был не он, а я.

А следом вечер. В комнате один.
Легла на город хмурая граница.
И тишина, как глыба серых льдин,
Вдруг начала во мне самом тесниться.
Я ждал привычно — ритма, слов, подсказок,
Ждал, что значенье явится негласно.
Но мир застыл, не надевая масок,
Лишь тишина пульсировала властно.

Я переводчик пауз и чужих молитв,
Я знал язык заброшенных перронов.
Но в этот миг, среди душевных битв,
Я сам застыл в безмолвии канонов.
Я перевёл мильоны чужих душ,
Давал слова немым и многоликим.
Но в тишине своей, среди зеркальных луж,
Сам для себя остался... я безликим

Не перевёл. Не смог. Не подобрал.
Своё молчанье — самое глухое.
Я был мостом, но берегом не стал,
Не разгадав биение живое.
Застыли знаки на сухом холсте,
Слова пусты, как брошенные здания.
Я растворяюсь в этой пустоте —
Я переводчик своего непонимания.