За две недели, до Золотой свадьбы

Я загрустил…. Чем грусть свою прогнать?
Мой взгляд упал на старую гитару:
Быть  может, погрустим с тобой на пару? –
К груди прижал гитару, словно мать.

«О чём грустишь?» – пропела та струной.
-Грущу о юности, тайге, зиме, буранах…
Жаль, что уехал из тайги так рано!..
-« Ну, если так, поговори со мной?!» -

Гитара тихо заиграла «Венский вальс»,
Как будто приглашая в танец душу.
И я нырнул к воспоминаньям в гущу,
Прислушиваясь к звукам всякий раз.

Я снова был на флоте, средь друзей.
То вахту нёс, то  выпускал газету.
Сидел над ней до самого рассвета.
Казалось, нет занятия милей.

Потом, я дембель;  Комсомольск, тайга,
Зима, посёлок Снежный, весь под снегом.
И словно мотыльки – снежинки, с неба.
Метели и бураны, и пурга…

Река Гайчан покрыта толстым льдом,
Но очень хочет вырваться наружу.
И, несмотря на холод  и на стужу,
Всё заполняет наледью кругом.

Лёд над рекою высится горбом,
Ползёт на берег…. Лёд живой как будто…
Я помню, как однажды утром,
Лёд приподнял соседский, крепкий дом!

Мы этот дом, конечно, отстояли,
Взорвали наледь. Отошла река…
А тут и свадьба, словно снег легка.
Женою стала для меня – Наталия.

Плясала  наша свадьба  в феврале,
В Дунае, где когда-то нёс я службу.
Мы в брачный узел превратили дружбу,
Связав любовью души наши две.

Апрель обрадовал прибавкой для семейства,
Моя Наталия ребёнка понесла.
Летела Богу от меня хвала!
Какие вытворял я лицедейства!

Подпрыгивал, почти до потолка,
Кружил Наталию, схватив её на руки,
Как с барабана, извлекал я звуки,
Из тазика, держа его в  руках…

И  появилась наша дочь Татьяна.
Спустя три года народился сын.
И оба раза, я ходил, как пьяный.
Я от любви и счастья пьяным был!

- А знаешь, сколько пролетело лет
От свадьбы той? –  Я вдруг спросил гитару.
- Полсотни лет. Представь, какой я  старый!
Гитара ойкнула: «Не старый ты! О, нет!

Представь  себе – двоих вас, за столом,
А рядом – дети, гости, крики – горько!
И не грусти, пожалуйста, нисколько!
Придумай лучше песню, что споём!..»

 И потекли слова мои из сердца,
Где до сих пор, живёт моя любовь.
И исчезали грусть моя и боль,
И лились из-под пальцев звуки скерцо.

Да, я шутил! Шутил над сединой,
Над старостью, что тащится по следу.
Ей, не доставлю радости победы,
Не одержать ей верха надо мной!

Кричите  горько нам, кричите, как тогда,
Когда мы были юны и прекрасны!
И будет поцелуй наш долгим, страстным,
Сердец же  чувства – как крещенская вода!

Ах, наша свадьба, свадьба золотая!
И дочь, и сын, и внучки, за столом…
Нас, криком горько, гости поднимают,
Чтоб подсластить вино – любви медком.

Гимн Гименея приглашает пару.
Вальс закружил невесту с женихом…
Закрыв глаза, я обнимал гитару,
Забыв про грусть, про зиму за окном.

Застыла тень моя, в такой же сонной  позе.
Луна на нас смотрела сквозь стекло,
И старый клён скрипел чуть на морозе,
А на душе моей и чисто и светло.

-Спасибо, друг! – шепчу своей гитаре, -
Пусть свадьба отгремела лишь в мечтах!..
-«А ты, поэт, сегодня был в ударе…
Молчу, молчу!.. Повесь на гвоздик, маг!»

20 февраля, ровно полвека назад, два сердца, которые одновременно  поразил Амур своей любовной стрелой, были связаны брачными узами.
Много всего случилось в нашей жизни. Были взлёты, парение в нирване…, было и так, что лошадь нашей судьбы спотыкалась. Короче, всё было, как у людей!
Даже когда лошадь спотыкалась, мы помогали ей, и наш путь продолжался.
Вот так мы и прошли путь длиной в пятьдесят лет.
Спасибо всем, кто побывал на нашей свадьбе, кто прочитал мои романтические мечтания за несколько дней до замечательного события в нашей жизни.
Я бы пригласил всех читателей к нам, на юбилейную дату, на нашу Золотую свадьбу,
Но боюсь, что наша квартира не сумеет вместить всех гостей.