Синяя борода, космос, голос, философия

СИНЯЯ БОРОДА, КОСМОС, ГОЛОС, ФИЛОСОФИЯ


Без предисловий.
На предыдущий текст
(ПРОГНОЗ ПОГОДЫ

ещё февраль ещё морозы
но энергетикой весны
уже вплетаются вопросы
в канву утробной тишины
и угол солнечной подачи
уже иной и дольше свет
и начинает больше значить
сиюсочувственный момент
в моменте видится живое
как пламенеющая близь
и всё пространство временнОе
волнует врЕменную жизнь
и эта бренная оправа
вновь начинает расцветать

Отцу-Творцу почёт и слава,
творенью мир и благодать!) 
                получил умопомрачительную рецензию. И от кого? От моего уважаемого преподавателя русского языка и литературы.

Вот эта рецензия:
«Здравствуйте!
Вы философ, уважаемый Матвей.
Предчувствие весны и пробуждение тела и души, озарение и ...
Далее - про Время и Вечность) Хорошо поиграли словами и ударениями.
Понравилось про "утробную тишину" и вопросы.
В прогнозе - молодость)»

Ответ:
«Йесс!)))
Спасибо
И Вам, Люда, здравствовать и быть счастливой!»…
.
.
.
Молодость. Почему люди так противятся старости, всеми фибрами цепляясь за молодость, которой давно уже нет?

Тут возникает много вопросов…
.
.
.
Самый важный – хорошо ли это, когда омоложение души и тела, можно сказать, на пике пенсионно-комфортного дожития, когда уже всё срослось, сжилось, осозналось, и настроение прекрасное в этом статусе, и самочувствие превосходное, и семейное положение твёрдое?
С другой стороны, я сам между скорой, радостной смертью и преображением ради продления философско-творческого созерцания красоты этого мира и Время-словия, выбрал преображение. И вот оно случилось.

Но что с этим делать в общепринятом смысле?

Выкрасить бороду синькой и пуститься во все молодецкие тяжкости?
Нет – мне это не интересно.
Юмор на эту тему:
Буквально, вчера смотрел фильм по ТВ и там молодая героиня открывает секрет подруге, по смыслу, примерно следующее: …я целуюсь с ним и языком чувствую, что зубов нет, голые дёсны, это ужасно неприятно, Люда…

Нет, конечно, если меня пригласят в космонавты, я соглашусь. Но в каком качестве? В качестве философа-хроникёра?
Надо посмотреть, есть ли такая единица в штате космической экспедиции.

Да – я люблю петь и с удовольствием не отказался бы поучаствовать в проекте «Голос», но у меня нет голоса, как нет и слуха. Понятно, если поработать-поучиться, может быть даже использовать гипноз, то, наверняка, всё получиться. Но учиться лень, а чтобы преодолеть это невыразимое нежелание перенапрягаться, нужна термоядерная мотивация – где она, я не вижу её...

Зато есть привычные, милые сердцу велосипеды, рыбалка, хозяйство: забор надо обновлять, дровяник строить новый, жене помогать на грядках – жизнь на природе в деревне полна заботы и дел, которые не отвлекают меня от моей фундаментальной позиции – я человек Времени, я адепт Времени, я продукт Времени – я не молод, не стар, я безначален и безконечен, я никто-всё по природе – я свободен, а проф-конкретика ограничивает.

Так что, пусть пока всё остаётся как есть – в режиме полной интуитивно-смысловой импровизации, а там видно будет…
.
.
.
Под занавес, предлагаю небольшой рассказ, десятилетней давности. Тогда мне ещё не было шестидесяти и писал я для (и с) одного сотрудника, который был уже пенсионером, но продолжал работать, поскольку не смог философски-творчески подготовиться к старости, и глушил её профессиональной деятельностью и пьянством.


                МОЛОДОСТАР

          1
          Всю зиму Лепотина било уныние. Он не видел перспектив своей жизни и, желая или умереть, или чтобы зима никогда не кончалась, пил. Он не знал, как смотреть на это весеннее таяние-маяние, которое с каждым днём становилось всё ближе и ближе – он не знал, как себя вести в этом цветочно-кипучем замесе, в этом сердечно-тотальном посеве.

          Течение времени неумолимо, и то, чего так боялся пожилой пьяница, пришло. Весна накрыла его всего, как морская волна, тёплая и солёная. Глаза слезились, сердце ныло в этом щемящем разливе огневой нежности. Лепотин влюбился… как в юности… пошли эти мечтательные видения, внутренние репетиции и прочее, прочее, прочее… Он перестал выпивать, купил спортивную форму, занялся физкультурой: утром пробежка, вечером гантельная гимнастика. Кровь забурлила, вернулись забытые ощущения. Но он не спешил, говорил себе: ещё чуть, ещё чуть…

- Что с тобой Лёня? – интересовалась консьержка, муж которой, тоже убитый унынием, иногда числился у Лепотина в собутыльниках.
- А что – что-то на мне не так, Раиса Васильевна? – он картинно оглядывал свой новенький ещё спортивный костюм.
- Ты сияешь весь, будто жениться собрался…
- А что, это идея… спасибо, Рая, я подумаю…
- Подумай, подумай, может и мой, глядя на тебя одумается…
- Ты что, хочешь, чтобы он женился от тебя?
- Нет, я хочу, чтобы он бросил пить для меня.

          И вот, наконец, достигнув пика физической формы, Лепотин подошёл к ней и представился. Получилось довольно странно – прямолинейно и безыскусно. То ли он решил, что разница в возрасте даёт ему такую свободу, то ли это результат многолетнего пьянства, но как бы там ни было, сработало.
- Здравствуйте.
- Здравствуйте.
- Леонид. Предлагаю, сразу на «ты», без лишних церемоний – тебе к сорока, мне за шестьдесят, и я не нахожу на тебе следов супружества и домохозяйского гнёта.
- Всё так, но я люблю церемонии…
- Поэтому в тебе и веса лишнего вон сколько?
- А если не нравится, чего тогда клеишься?
- Я не клеюсь – я в любви признаюсь…
- Оригинально…
- А иначе не интересно…
- Короче! – вон мой автобус идёт…
- Завтра здесь же, в 5:30, форма одежды – спортивная.
- Жди.
- А звать-то тебя как?
- Марина.

          Неделю бегали они. Разговаривали о разном. Он много шутил, она много смеялась. В пятницу он почувствовал взаимную тягу и заметил в глазах её поволоку. Он взял её за руку. Она опустила глаза.
- Завтра суббота… как проведём выходные?
- Не знаю… можно пойти в кино…
- А ты постройнела…
- Да – минус три кило… к тому же, я на диете и после шести не ем…

         Они вышли из кинотеатра, он повёл её к себе. Консьержка улыбнулась.
- Привет Лёнь! А мой Генка тоже побежал…
- Куда?
- За тобой…
- Скажи, пусть не спешит – сердце слабенькое, ножки тоненькие…

         Он взял её в танце. Она страстно забилась в его руках – это была стихия застоявшейся энергии недолюбви. Он почувствовал, не справляется… не спра-вля-ет-ся… и не справился… затих… и она затихла… Было такое ощущение, будто мертвец лежит на мертвеце…
         Опомнившись, он свалил свой труп с её трупа. Она повернулась к нему, положила руку на грудь.
- Первый раз всегда так… но ты не расстраивайся, я тебе помогу… всё получится… верь мне – у нас всё будет хорошо…
- Я тебе верю, но выпить, ужас как, хочется…»

           2
          Лепотин встал, надел рубашку, брюки. Она смотрела на него с недоумением и страхом.
- Это всё?.. Мне уходить?..
- Я только в магазин сбегаю… а ты полежи… а хочешь, посуду помой, приберись… тебе взять что-нибудь?
- А можно я с тобой?
- Пойдём…

          Они спустились в лифте, вышли из дома. Солнце, плывущее на закат, умилительно-нежно пробивалось сквозь матово-тонкую пелену лёгкой облачности. Апрель не успел ещё надышать весенним теплом, но и холодно уже не было – было ощущение: вот-вот –  ещё день два и гуляй народ, переоблачайся в майки и шорты.
          Она взяла его под руку. Он ухмыльнулся.
- Прямо, как муж и жена…
- А разве ты не хочешь этого?
- Не знаю… после двенадцати лет монашества во хмелю, мне надо осмотреться, всмотреться, вслушаться…

          3
          Она почистила картошку, поставила варить. Он взял бутылку, отвинтил пробку, налил.
- Выпьешь со мной?
- Подожди, картошка хоть сварится…
- Пить надо до еды, а во время лишь запивать…
- Пивом?
- Кому что – я предпочитаю сок, или морс, или компот… но в компании другое дело, там по традиции, дабы не нарушать гармонию застолья… Так я не понял, да или нет?
- Нет.
- Что так?
- Напилась… точнее, насмотрелась – отчим пил… напьётся и давай истерить, с матерью дрался… а когда её не было, ко мне приставал… вспоминать противно…
- Понял – насильно мил не будешь… а я выпью – твоё здоровье…

          Лепотин выпил, захрустел огурцом.
- Ай, как хорошо… почитай, месяц не пил… м-м-м-умиление и восторг…
          Она иронически улыбнулась.
-  Лучше физкультуры и любви?..
- В настоящий момент лучше… но это не корректный вопрос… вот я тебя спрошу – что лучше, норковая шуба или ситцевое платье?..
- Это эфирное счастье через десять минут начнёт улетучиваться, вытесняться унынием – придётся добавлять…
- Добавим – вон сколько ещё…

          Ещё выпил.
- Ох, хорошо!.. но чувствую, конфликт назрева-а-ет…
          Она посмотрела на него как тогда – с удивлением и страхом.
- Это от водки… от неё все беды…
- Да ты не бойся меня – я тихий пьяница… это Генка Райкин, и иже с ним, выпьют и бесятся – активно, так сказать, отдыхают, в безвыходности… а я не так – у меня выход есть – я одинок, тишину люблю… выпью три рюмки, поем и спать… через час проснусь – ни в одном глазу – сяду и тишину слушаю, в Бога всматриваюсь, вдумываюсь, разговариваю с Ним, а потом картины вон пишу, музыку…
- Зачем на обоях-то – ремонт станешь делать, пропадут?
- Во-первых – не стану, во-вторых – не жалко – у Бога всего много – ещё нарисую… картошка закипела, убавь…

          Убавила, порезала селёдку, стала чистить лук.
- А ты где работаешь, кем?..
- Зачем тебе… скажу только что профессия моя мне нравится – ума не тянет, созерцать красоту не мешает… и денег платят достаточно…
- Боишься, смеяться буду – самолюбие ущемлю?
          Теперь он улыбнулся иронически.
- Да, боюсь… боюсь, разлюбишь…
- Нет, Лёня, любят не за что-то и не для чего-то, а потому что… потому что не могут не любить…
- Хорошо сказала…
- Ты первый признался мне в любви… правда, диковато как-то…
- Не по-книжному да, не так, как в кино?
- Не важно, как сказал – важно, чтобы любил…
- Я всех люблю…
- Всех, значит никого… и меня ты…
- На тебе меня бес попутал… развезло после зимы… вкус победы захотелось вновь испытать… восторг достижения изведать…
- А я молилась о тебе – тебя мне Бог послал…
- Ах, вот оно как?.. а, я, наивный, думал, мастерство проявил…
- Ну, да – с твоей стороны так и есть…
- Достиг-то достиг, а вот что дальше с тобой делать не знаю…


12-14.04.2016