Белая тьма. Посвящение Белому движению

Под чёрным небом гаснут звёзды,
Встаёт над Волгой ледяной рассвет.
Россия раскололась — слишком поздно
Искать в архивах правильный ответ.

Лишь кони хрипят, да штыки наготове,
И крест на груди заменяет привал.
В потоках надежды, в потоках и крови
Идёт за вождём офицерский обвал.

Корнилов — в истоках, в пылу Ледяного,
Как первый удар, как суровый набат.
Он имя своё, как присягу, дал снова
Тем душам, что больше не смотрят назад.

На юге за ним поднимался Деникин,
Сквозь тернии Дона, сквозь пепел и дым.
России «Единой», России «Великой»
Он сердце отдал — и остался один.

Был Питер зажат в ледяное кольцо,
Юденич смотрел на балтийский туман.
Но время ударило грязью в лицо,
Разрушив прорыва решительный план.

Во льдах застыл Верховный адмирал,
В иркутском небе гасли злые звёзды.
Колчак присягу смертью подписал,
Когда молиться было слишком поздно.

А Каппель вёл войско сквозь призрачный лес,
Стирая в гангрену замерзшую плоть.
Он нёс свой тяжелый, мучительный крест,
Который лишь смерть помогла побороть.

И Крым напоследок... У кромки судов
Стоял барон Врангель, чернее, чем ночь.
За ним — лишь руины сожжённых мостов,
И Родина-мать, что не сможет помочь.

Замолкли фанфары, истлели шелка,
Лишь ветер в архивах листает тома.
Но выбита в камне на все времена —
Их верность, их доблесть их белая тьма.