Влюблённость

Страстью любви ослеплённый не видит ничуть недостатков
В милой подруге, ему и её безобразие даже нравится.
Гораций

Amor caecus — «Любовь слепа» - говорили благородные римляне.

«Любовь зла – полюбишь и козла!» - выражали ту же мысль наши менее благородные соотечественники.

Влюблённость – это вид безумия, говорят одни, это дар богов – говорят другие.
Если это безумие – то желанное. Весь скучный мир вдруг наполняется красками и смыслом – когда Вселенная, вдруг обретя субъектность, смотрит на тебя глазами любимого человека.

Антоний Сурожский – безусловно, святой человек ХХI века – считал, что влюблённость — это дар Б-га. Ибо влюблённый видит другого человека, периферией которого является вся живая и неживая природа, в истинном преображённым виде – в той Красоте в какой замыслил его Творец.

Можно сказать, что мы живы лишь в той степени, в которой влюблены, то есть способны воспринимать Красоту этого мира.

Не всегда влюблённость может быть определена какими-либо границами.
Например, молодой священник, идя ранним промозглым утром по направлению к нетопленному храму чтобы совершить воскресную литургию, может испытывать такой же восторг, какой испытывает юноша, идя на свидание с любимой.

Родители могут быть влюблены в своих детей, бабушки и дети в своих внуков.
А  юноши и девушки авансом влюблены в этот мир, который таит для них обещание Радости. Несбыточность этих ожиданий им ещё неизвестна и разочарование длинною в жизнь постепенно будет эту радость тушить.

Долгое время, не видя Красоту человек может превратиться в унылый механизм для существования. Такими потухшими людьми наполнены улицы моей унылой родины.

Но люди привыкают – так даже безопасней. Им не ведомо, что потеря божьего дара видеть Красоту – есть потеря человечности!

Да – не в наших силах удержать дар, но тосковать по Красоте и искать её, в людях, человеческих отношениях, в животных, растениях и камнях – это искать Б-га.

А искать Б-га это всегда опасно! Потому что его можно найти! Его можно найти в другом человеке!

Когда наша влюблённость разлита по миру – мы видим лишь «неподвижные» следы Его присутствия, но когда Он смотрит на нас глазами Другого, то всё приходит в движение. Это движение может вознести человека на верх блаженства, либо разрушить его жизнь и жизни людей с кем он связан. Здесь область «высокого напряжения» так как в этом случае мы впадаем в отношения с ипостасной жизнью Б-га.

Вне всякого отношения к христианской догматике я осмелюсь предположить, что Б-г это не Троица – ипостасей у Него столько, сколько на Земле людей (живущих, когда-то живших, и тех, которые ещё не родились).

Но в отличии от Трёх, Который Един – нас много призванных к единству. И в нашей жизни троичность в полноте не достижима (исключительно только в модусе детей, но это не равноправная троичность), так как любят только двое, а когда появляется третий – всё рушится.

В России в начале ХХ века, в эпоху, которую принято называть Серебряной, жили гениальные люди, которые в свой жизни пытались реализовать троичность.
 
Упомянём только один треугольник (хотя были и другие):  Дмитрий Мережковский, Зинаида Гиппиус, Дмитрий Философов. Прожили они треугольно не много ни мало шестнадцать лет. Но как вы понимаете, гениальность и сумасшествие они где-то рядом ходят. Мы же люди маленькие и позволить себе так сходить с ума, конечно, не можем.