Божественная Комедия Данте Рай Песнь 10

Взирая на предвечного Творца,
Чей замысел велик и безупречен,
Мы видим мир, не знающий конца,
Что в красоте своей увековечен.
Там, где пути светил пересеклись,
Рождается гармония движения.
Взгляни, читатель, в эту злую высь,
Отбросив прочь напрасные сомнения.
Великий Зодчий создал небосвод,
Направил бег планет неумолимый.
Их косвенный, загадочный полёт
Хранит порядок, нам необходимый.
Когда б они сошли с путей своих,
То хаос бы настал во всей Вселенной.
Но мудрость сил, могучих и живых,
Хранит закон в обители священной.
Сиди и мысли, глядя в небеса,
О том, как стройно всё переплелось.
Там совершаются немые чудеса,
Чтоб мироздание вовек не сорвалось.
Оставь земную пищу на столе,
Мой ум влечёт предмет иной, высокий.
Владыка слуг, царящий на земле,
Даёт нам свет и времени потоки.
Печатью силы мир он наделил,
В спирали мчится, ускоряя годы.
Я той звезды сиянье ощутил,
Забыв законы матушки-природы.
О, Беатриче! Ты меня вела
К вершинам блага с быстротой чудесной,
Твоя душа, как солнце, расцвела,
Сияя красотой своей небесной.
Твой лик сияет, словно солнца диск,
Но то, что я внутри светила встретил,
Не передаст ни кисть, ни слов изыск,
Ни самый мудрый гений на планете.
Там не было цветов, лишь чистый свет,
Искусство смолкнет пред таким явленьем.
Поверьте мне, иного средства нет,
Лишь вера станет вашим утешеньем.
Фантазия слаба пред той искрой,
Что глаз слепит величием могучим.
Никто не спорит с солнечной горой,
Скрываясь за божественною тучей.
Четвёртый круг сиянием объят,
Отец небес там тайну открывает,
Как Сын рождён и Дух нисходит в сад,
Где вечный свет над миром проплывает.
И Беатриче молвила: «Хвалу
Воздай Творцу, что Солнцем правит вечно,
Кто нас вознёс сквозь звёздную золу
К вершинам, где сияет путь наш млечный».
Никто из смертных с жаром столь живым
Не возносил молитвы к Богу страстно,
Как я в тот миг, дыханием одним,
Забыв о Донне, что была прекрасна.
Любовь моя в Нём растворилась вся,
Но Беатриче кротко улыбалась,
Огонь очей в душе моей неся,
Чтоб связь земная в небе разорвалась.
Мильоны искр, как огненный венец,
Вокруг сплелись в сияющую сферу,
Пленяя взор в созвучии сердец,
Даруя нам божественную веру.
Так дочь Латоны в дымке голубой
Плетёт узор, когда туман сгустится,
И мы стоим пред вечною судьбой,
Где свет и звук в едино с хором слился.
В чертогах вышних, где сияет свет,
Хранятся тайны вечных мирозданий.
Там камни дивные, каких на свете нет,
Сверкают в золоте божественных преданий.
Но смертным не дано их унести,
За врата рая, в мир земной печали.
Лишь дух, сумевший крылья обрести,
Поймёт всё то, о чём мы промолчали.
Как звёзды, что Полярную хранят,
Кружили души в пламенном экстазе.
Три раза совершив святой обряд,
Они застыли в лучезарной фазе.
Подобно девам в праздничном дворце,
Что ждут аккорда нового напева,
С улыбкой кроткой на благом лице,
Внимая звукам, что рождает дева.
И голос прогремел среди огней:
«Коль свет любви в тебе горит незримо,
Ты стал для нас роднее и милей,
Душа твоя для вечности хранима.
Ты поднялся по лестнице крутой,
Откуда нет пути назад для многих.
И кто откажет в мудрости святой
Тебе, пришедшему с путей убогих?
Свобода воли — как река к морям,
Стремится к цели той, преград не зная.
Ты хочешь знать, кто служит алтарям,
Венком живым Владычицу сплетая?»
Ходил агнцем   смиренным,
Где Доминик прокладывает путь,
Где тучен всяк, кто с помыслом нетленным
Не дал греху себя с тропы столкнуть.
Вот справа — брат, учитель мой великий,
Альберт из Кёльна, славный богослов,
А я — Фома, чей голос тихий, дикий,
Звучит теперь среди святых основ.
Чтоб ты познал всех тех, кто здесь сияет,
Скользи глазами вслед за речью ты,
Туда, где круг наш пламенный витает,
Исполненный небесной красоты.
Там третий свет, улыбкою согретый,
Есть Грациан, что Небо покорил,
Два права он связал в одни заветы
И тем опору твердую дарил.
А следом тот, кто хор наш украшает,
Он Пётр Ломбардский — скромный и простой,
Как та вдова, что всё, что есть, вручает,
Он клад принёс в сокровищницы строй.
Но пятый свет, что ярче всех пылает,
Любовью Божьей так воспламенён,
Что мир земной о нём узнать желает,
И жаждой вести каждый опалён.
В нём ум такой, что равных не бывало,
Коль истина верна в своих словах,
Второго мудреца земля не знала
С таким прозреньем в мыслях и делах.
За ним ты зришь сияние в эфире,
Того, кто тайны ангельских чинов
Постиг всех глубже он в подлунном мире,
Сорвав с небес таинственный покров.
В сиянье вечном, в пламени святом,
Хранитель веры истинной смеётся.
Латынь его нам служит образцом,
И Августин на труд его сошлётся.
Там дух великий, что презрел обман,
Земные блага посчитав тщетой.
Он видел суть сквозь призрачный туман,
Теперь он здесь, в обители святой.
Там в Чельдауро почил  бренный прах,
А душу мир небесный успокоил.
Забыт навеки боль и липкий страх,
Он вечность вместо мук себе усвоил.
Исидор рядом, Беда и  Ричард с ним,
Чей разум был превыше человека.
Огнём горят, сиянием одним,
Свершая путь от века и до века.
Сигьер, что на Соломе поучал,
Он в силлогизмах смыслы открывая,
Земную скорбь на радость променял,
Теперь горит, как искра золотая.
Как механизм часов в тиши ночной
Нас будит звоном к утренней молитве,
Так этот круг, единый и живой,
Звучит победно в завершённой битве.
Невеста Божья слышит этот зов,
Любовь в сердца вливается рекою.
Здесь нет оков, здесь нет земных часов,
Лишь вечность дышит миром и покоем.
Сладчайший глас сменяется другим,
В гармонии, неведомой для мира.
Мы этот свет в душе своей храним,
Где правит Бог и золотая лира.



ПЕТР ЛОМБАРДСКИЙ
(Petrus Lombardus) (ок. 1095— 1160) — средневековый философ и теолог. Род. в Ломбардии, в окрестностях г. Новара. Будучи низкого происхождения, он, тем не менее, смог получить хорошее образование в Болонье, после чего при содействии Бернара Клервоского перебрался в Париж. Длительное время П.Л. преподавал в парижской кафедральной школе, а за год до смерти (в 1159) стал епископом Парижа.
Широкую известность П.Л. получил благодаря своей «Книге сентенций» — систематическому изложению христианской догматики.

Альберт Великий (Святой Альберт, Альберт Кёльнский, Альберт фон Больштедт, лат. Albertus Magnus, около 1200 — 15 ноября 1280) — средневековый немецкий философ, теолог, учёный. Видный представитель средневековой схоластики, доминиканец, Католической церковью признан одним из 37 Учителей Церкви, наставник Фомы Аквинского. При жизни был известен как Doctor universalis, а также Doctor expertus, а в последние годы жизни к его имени было прибавлено звание Magnus («Великий»). Его признают величайшим немецким философом и богословом Средних веков.

Лето  — персонаж древнегреческой мифологии, под именем Латона (лат. Latona) перешедший в мифологию Рима. Титанида, возлюбленная Зевса, родившая от него Артемиду и Аполлона.


Авре;лий Августи;н Иппо;нийский (лат. Aurelius Augustinus Hipponensis; 13 ноября 354, Тагаст — 28 августа 430[2], Гиппон Царский), также известный как Блаже;нный Августи;н — богослов, философ и епископ Гиппона Царского в Нумидии, римской провинции в Северной Африке. Его труды повлияли на развитие западной философии и западного христианства, и он считается одним из самых важных отцов Католической церкви в святоотеческий период, его труды и житие получили признание и в Православной церкви (где он причислен к лику блаженных).