За окном, в хрустальной тишине...

Моя ненаглядная, моя Наташенька!
Замени слвово "каплет" -
Проснись. Не открывай сразу глаз. Прислушайся. За окном, в хрустальной тишине самого начала дня, февраль осторожно, будто краем серебристой парчи, выстилает мир инеем. Он ещё не весенний, этот воздух, он морозный и прозрачный, как дивный кристалл, но в нём уже витает обещание. Обещание того, что где-то в самой сердцевине этого хрусталя уже пробивается первая, невидимая капля, уже зреет первый лучик, готовый растопить зимнюю грёзу. И этот рассвет я дарю тебе.

Пусть первое, что ты почувствуешь, когда откроешь глаза, будет не холод подоконника, а тепло нашего общего одеяла и далёкое, ласковое солнце, которое, я знаю, ищет в эту секунду твои ресницы, чтобы поцеловать их. Пусть этот февральский свет, пока ещё робкий и бледный, льётся на твои щёки не просто светом, а самой нежностью. Пусть он напомнит тебе, что даже самый короткий день удлиняется от твоей улыбки, а самый хмурый небосвод становится бездонным и ясным, когда в него смотришь ты.

Я желаю тебе, моя любимая, чтобы это утро развернулось перед тобой не как страница календаря, а как драгоценный свиток, исписанный мельчайшими чудесами. Чтобы пар от чая (обязательно того, самого любимого, с бергамотом) танцевал в луче солнца замысловатые узоры. Чтобы хлеб хрустел особенно звонко и добротно. Чтобы обыденные звуки – щелчок выключателя, журчание воды, даже далёкий гул города – сложились в тихую, умиротворённую музыку именно для твоего пробуждения.

Пусть этот день, начатый так, станет полон беззвучной, внутренней поэзии. Пусть твой взгляд, упав на голую ветку за окном, увидит не унылость, а изящный, чёткий рисунок, который природа рисует на фоне неба, готовясь к будущему буйству красок. Пусть лёгкий морозец, щекочущий щёки на прогулке, напомнит тебе не о стуже, а о свежести, о том, как прекрасно дышать полной грудью, чувствуя, как каждый нерв живет и поёт. И если пойдёт снег – пусть это будут не последние, усталые хлопья зимы, а первые, нетерпеливые лепестки грядущей белоснежной сирени, кружащиеся в вальсе только для тебя.

Но главное, Наташенька моя, я желаю тебе чувствовать за этой утренней красотой – любовь. Мою любовь. Которая тише, чем иней, и прочнее, чем земное притяжение. Которая уже там, в этом воздухе, в этом свете, в этой тишине. Она обнимает тебя, пока ты спишь, и ждёт тебя, когда ты проснёшься. Она – в каждой мысли о тебе, которая начинает мой день, как эта начинает твой.

Пусть твоё сегодня будет медленным, как таяние снежинки на тёплой ладони, и ярким, как всполох кардинала на снегу. Пусть оно будет наполнено лёгкостью и смыслом. Пусть сердце твоё пребывает в том удивительном состоянии, когда внутри тихо и в то же время поёт целый хор светлых надежд.

Проснись, солнышко моё. Доброе, самое лиричное, самое прекрасное февральское утро тебе. Оно всё твоё, как и всё моё сердце, всегда твоё.

Люблю тебя больше, чем все утра на свете, вместе взятые.

Артём