Единица

Сейчас единица это просто число, однако было время, когда считать единицу числом было немыслимо (а в пифагорейской общине так и просто богохульством).

Мы так привыкли к изначальному распаду мира, что для нас единица лишь кирпичик (по аналогии с атомом), из которого мы можем, как угодно, составлять числа.

Собственно, со школьных уроков арифметики распад, как основа, проникает в умы доверчивых школьников и продолжается в их взрослой жизни.

Кажется само собой разумеется, что все числа состоят из единиц: двойка из двух единиц, тройка из трёх и так далее. Но, призадумайтесь: если единицы две, то её уже нет – единицы то есть, - а вместо единицы двойка. Но как возможна двойка если единиц, из которых она состоит нет? Эта невозможная двойка, тем не менее одна, то есть никакая она не двойка, а таже самая единица и не из чего она не состоит.

Но всё же представим невообразимое – пусть у нас, всё-таки, есть две единицы, и они составляют двойку, но эти единицы до неотличимости схожи. Например: мы видим корову с пятном на боку, а другая корова, с таким же пятном полностью схожа с первой, мычит, хвостом махает как первая, и даже занимает то же самое место, что и наша корова!

А возможно здесь, в одно и тоже время, собралось целое стадо коров – они выглядят и ведут себя одинаково, а также занимают одну и ту же область пространства.

Все эти мысленные конструкции можно разрушить одним возражением: одинаковых коров не бывает - причём эта одинаковость должна включать в себя пространство и время (у древних греков это понятие именовалось одним словом - то;пос (;;;;;).

Если корова и занимает чьё-то место, то только своё, но и тут древние, в лице малоазийского грека Анаксимандра, нам возразят: у коровы нет «своего» места – она занимает «чьё-то». Посему корова не только будет должна уйти оттуда, где стоит, но и вообще из жизни, так как повинна в несправедливом захвате мира. Смерть лишь позволяет справедливости торжествовать – ничьё место и должно оставаться ничьим.
Всё меняется, когда мы от смертных коров переходим к числам. Числа не занимают места ни в пространстве, ни во времени и потому смерть не имеет к ним никаких претензий.

Попытаемся представить вместо коровы «единицу»… конечно представить не получится, но как-то возможно помыслить. Однако как помыслить «двойку»? «Двойка» — это ведь когда на «одном и том же» месте единица вместе с другой единицей (что невозможно - единица во всём мыслимом мире только одна!)

Похожий итог получится если мы попытаемся помыслить три, четыре и т. д. Кроме единицы все остальные числа немыслимы! Теперь мы можем понять изумление Пифагора, который исходил из первоначального единства.

Для нас, исходящих из первоначального распада* и привыкших к изначальности множества, само недоумение греков вызывает недоумение!

*Но распад — это не наше изобретение – скорее наш выбор. А начинался он там же где и единство, в Древней Греции то есть (вспомните Демокрита и Левкиппа).

10 мая 2025