Протестантизм. Ересь или реформа?

Протестантизм как системное еретическое учение: православная оценка без компромиссов

С момента своего появления в XVI веке протестантизм представляется не как «реформа» или «возврат к чистоте апостольской веры», а как тотальное отвержение святоотеческого и соборного Предания Церкви Христовой, что квалифицирует его с православной точки зрения как системное еретическое учение. Вопреки современным экуменическим тенденциям, стремящимся затушевать догматические различия, святые отцы и учители Православия дают четкую оценку: отступление от единого, святого, соборного и апостольского пути есть ересь, лишающая благодати.

I. Еретическое отвержение Священного Предания

Основополагающая ересь протестантизма заключена в принципе Sola Scriptura («Только Писание»). Святая Церковь всегда исповедовала, что Писание неотделимо от Священного Предания, ибо оно родилось внутри Церкви и ею же канонизировано. Святитель Василий Великий в труде «О Святом Духе» ясно утверждает, что многие апостольские установления (например, крестное знамение, обращение на восток в молитве, чин Евхаристии) сохраняются в Церкви именно через неписаное Предание. Протестанты, отвергшие это, по сути, отвергли Духа Святого, действующего в Церкви во все века, и поставили на место соборного разума Церкви произвольное толкование падшего человеческого разума. Это не реформа, а бунт против Богоустановленного авторитета.

Святоотеческое обличение: Св. Игнатий Богоносец писал: «Кто отделяется от Церкви и от преемства апостольского, тот отсекает себя от обетований Христовых и становится отступником». Протестантизм — это массовое отделение от апостольского преемства, а значит, и от обетований.

II. Ересь в учении о спасении (Sola Fide)

Православное учение о спасении как обожении (теозисе) через синергию — согласное действие благодати Божией и свободной человеческой воли — было сформулировано великими отцами-каппадокийцами и прп. Максимом Исповедником. Протестантское же учение об оправдании только верой есть возрождение древней ереси пелагианства (в его обратной, но столь же опасной форме) или упрощение до механической юридической сделки.

Святые отцы учат о необходимости подвижничества, поста, молитвы и дел милосердия не как о «зарабатывании» спасения, но как о необходимом врачевании страстной природы. Протестантизм, отрицая действенность этого подвига (ибо «дела не спасают»), лишает человека орудий реальной борьбы с грехом, оставляя его с одной лишь умственной верой. Это учение противоречит прямому слову апостола Иакова: «Вера без дел мертва» (Иак. 2:26), которое святые отцы всегда понимали буквально и онтологически.

III. Разрушение таинственной природы Церкви

Протестантизм в своем большинстве отверг апостольское преемство священства, а с ним — и действительность Таинств. Для Православия, как учил св. Киприан Карфагенский, «вне Церкви нет таинств, нет благодати, нет спасения». Рукоположение, не восходящее к апостолам, — это не рукоположение, а человеческое избрание. Поэтому протестантские «причастия» и «крещения» являются, с канонической точки зрения, лишь пустыми обрядами, лишенными благодати Святого Духа.

Особую хулу представляет собой протестантское отношение к Евхаристии. Отрицая преложение хлеба и вина в истинные Тело и Кровь Христовы (учение, незыблемое со времен св. Иринея Лионского и св. Иоанна Златоуста), протестанты низводят величайшее Таинство до уровня символа или воспоминания. Это есть отрицание Боговоплощения в его продолжении в Церкви, ибо если Христос не приходит реально в Своих Теле и Крови, то и соединения с Ним не происходит.

IV. Богохульное отвержение святыни и святых

Иконоборческий дух, осужденный VII Вселенским Собором как ересь, в полной мере воскрешен в протестантизме. Отрицание икон есть отрицание реальности Боговоплощения: «Слово стало плотью» (Ин. 1:14), и потому изобразимо. Св. Иоанн Дамаскин в своих защитительных словах обосновал, что честь, воздаваемая иконе, восходит к Первообразу. Отвергая иконы, протестанты отвергают и этот догмат.

Не менее пагубно презрение к почитанию Божией Матери и святых. Молитвенное призывание святых, предстательствующих за нас перед Богом, — древнейшая практика Церкви, засвидетельствованная в литургических текстах и житиях. Отказ от этого есть разрыв полноты Тела Христова, разделение на «живых» и «мертвых», что противоречит вере в «воскресение мертвых и жизнь будущего века». Это проявление крайнего духовного индивидуализма и гордыни, когда человек считает, что может спастись в одиночку, без любви и молитвенного единства со всей Церковью, торжествующей и воинствующей.

Заключение: не реформа, но отступничество

Таким образом, с позиции святоотеческого Православия протестантизм не является ни ветвью, ни деноминацией христианства. Это — целостная еретическая система, основанная на отвержении Церкви как богочеловеческого организма и подмене богооткровенной истины человеческими мнениями.

Его плоды — бесконечное дробление, моральный релятивизм (ибо нет единого авторитета), потеря сакрального и мистического измерения веры, торжество рационализма — являются закономерным следствием отпадения от Древа Жизни, коим является Единая Святая Соборная и Апостольская Церковь.

Святой Феофан Затворник предупреждал: «Не ищите в ересях и расколах ничего хорошего, ничего истинного — это лесть врага». Диалог с протестантами может иметь лишь одну цель: их покаяние и возвращение в лоно Единой Церкви, а не признание их заблуждений имеющими равную ценность. Терпимость к ереси есть предательство Истины, за которую мученики проливали кровь, а отцы Церкви стояли до конца.

Такова была позиция святых, и она остается единственно верной для того, кто ищет не комфорта и «толерантности» мира сего, но спасения своей души в вечности.