Раскадровка

                Антон Павлович Чехов. «Чёрный монах»:

я никак не мог вспомнить,
откуда попала мне в голову

эта легенда.  Где-то слышал? Читал?
А может быть тот черный монах

мне приснился? Клянусь богом -
                не помню!

* Эпизод  первый

"Тысячу лет тому назад
какой-то монах,

одетый в чёрное, шел по пустыне,
            где-то в Аравии или Сирии ...

За несколько миль
от этого места,  рыбаки

видели другого
                чёрного

монаха, который медленно и осторожно
двигался по поверхности озера.

Этот второй монах
                был мираж,

от которого получился другой, от другого - третий,
 и так бесконечно
               
образ чёрного монаха
           стал передаваться

из одного слоя атмосферы в другой:
                порой

его видели
     в Индии,

иногда  в Африке,
то в Испании,

а то на Дальнем Севере...
земной атмосферы!
и теперь блуждает по всей вселенной,

никак не попадая в условия,
                при которых

он смог бы померкнуть.
Быть может, его видят теперь на Венере

или на какой-нибудь звезде
                из созвездия
Большой или Малой Медведицы...

Но, суть легенды заключается в том,
что когда-нибудь  мираж опять попадет

в земную атмосферу и покажется людям,
                и будто бы

время уже на исходе...не сегодня-завтра.            
мы должны ждать черного монаха .

* Эпизод
  второй.


по тропинке, сбегающей с крутого обрыва
                мимо

сосен и их обнаженных корней,
      я спустился вниз - к воде.

Последние лучи заходящего солнца    
отсвечивали стволы корабельных сосен,

а у реки был уже настоящий вечер. 
Казалось, мир, притаясь, что-то шепчет,

смотрит на меня и  ждет,
чтобы  я понял его.

Как здесь  просторно! свободно, тихо!
               Я спускался вниз по тропинке,

как вдруг услышал ропот сосен.
         Обернулся: на горизонте,

то ли смерч, то ли  вихрь
       поднялся с  земли:
                контуры были совсем неясны,

но можно было понять:
           смерч не стоял

на месте, а продвигался прямо  сюда,
              на меня,
               
и чем ближе,
тем меньше он становился:

мне пришлось даже шагнуть в сторону,
                чтобы уступить дорогу

вихрю вблизи так похожему на человека
                в черной одежде
                (тут я вспомнил легенду

о черном монахе).
Мне стало страшно,

а тот, скрестив руки на груди,
                почти не касались земли,
 
пронесся мимо...  оглянулся,
          кивнув головой, улыбнулся

мне лукаво и ласково;
пролетел через реку и мягко ударился

о глинистый берег, почти неслышно
                и тут же, как дым, растворился.
               

Но я увидел так ясно
          глаза  монаха!,

его лицо и его черную одежду.
                Это  явление

объяснить себе я не старался: 
            значит, в легенде - все правда.


* Третий эпизод.
  Диалог.


Едва вспомнив эту
таинственную легенду,
                в воображении

я рисовал то темное привидение,
                и в  то же мгновение


из-за сосны,  без малейшего шороха,
        вышел  человек среднего роста
                весь в темном,

 с непокрытой седой головой,
                босой,

похожий на нищего или странника:
я  узнал в нем черного монаха:
                тот лукаво, ласково,
                ожидающе

глядел мне прямо в глаза:
– Но ведь ты мираж,-

воскликнул я - зачем ты здесь, на этом месте?
                Это не вяжется с легендой!

– Легенда, мираж и я – все это
                в твоем воображении,

  которое, в свою очередь,тоже
                есть часть природы,
               
  значит, я существую в этой реальности!
- А я и не догадывался

  что мое воображение
  способно создавать столь чудесные феномены.
 
  Скажи, отчего ты смотришь
  на меня с восторгом?
– Да ведь Ты один из тех немногих,
  которых называются избранниками божьими!

  Ты служишь вечной правде:
 твоя жизнь, мысли и намерения,
  несут на себе божественную,

   небесную печать разумного и прекрасного
   то есть тому, что и есть вечная правда.

– Но разве людям
                доступна
 
  вечная правда, если вечной жизни нет?
– Вечная жизнь есть!.

  бессмертие осуществится
  благодаря таким, как ты - служителям

  высшего начала, живущим сознательно и свободно.
  Без Вас человечество никчемно - ничтожно,   
                Вы - благословение божье,
  которое почило на людях,
  и в том ваша заслуга.   

  А цель вечной жизни, как и всякой другой – наслаждение и познание,
                бесчисленные, источники которых пред вами
                скоро предстанут.

- Как приятно слушать тебя!  Но  когда ты уйдешь,
                меня будет беспокоить вопрос

 о твоей сущности. Ты призрак? галлюцинация?
 Значит я психически  ненормален?

– Хотя бы и так. Что смущаться? Ты болен,
                потому что много работал

через силу и утомился,
здоровье свое ты принес во имя

и в жертву идее:
и близко того  время,

когда ты отдашь ей и самую жизнь. Чего лучше?
К этому стремятся все  одаренные и благородные натуры.

Гениальность
 сродни умопомешательству.

Здоровы и нормальны
только заурядные люди - стадные

Возбуждение, экстаз, повышенное настроение
                отличают пророков, поэтов,
                мучеников за идею

от людей обыкновенных.
Ну а если хочешь быть здоровым и нормальным,
                иди в стадо!
– Как странно,
 Ты как будто подслушал мое сокровенное...
 Тогда скажи, Но что же ты разумеешь

 под вечною правдой?
 Монах не ответил: черты его туманились ,
                смешались

  с вечерними сумерками...А жаль.
Галлюцинация кончилась! Я пошел назад


к дому веселый и счастливый.
То немногое, что сказал черный монах, льстило

не самолюбию, а всей душе, всему
                моему существу:
                быть избранником,  стоять в ряду

тех, кто сделают человечество достойным
                царствия божия,

Тех, служить вечной правде,
  то есть избавят

людей от греха и страданий,
кто готов умереть для общего блага,
                отдавая

все - молодость, силы, здоровье идее...
Какой счастливый,  какой высокий удел!



*  Четвертый эпизод.
               
еще раз или два в неделю, в парке
я встречался с черным монахом,

беседовал с ним, и это меня не пугало,
а, напротив, радовало  и восхищало:

ведь теперь я был уверен,
что подобные галлюцинации и видения

посещают только избранных,
                полностью посвятивших

себя служению Идее.
Однажды монах явился во время обеда

и сел в сторонке
а проеме меж окон.
                Я очень ловко
         
завел с гостями разговор
                о том,

что могло быть интересно монаху.
Черный гость слушал и улыбался,

а гости и не подозревали,
что я говорю с галлюцинацией,

а не с ними...
Как-то в одну из длинных, зимних

ночей, когда
            пробило три часа,
                я перестал читать

и долго лежал с закрытыми глазами,
        но уснуть не мог: мне казалось,

что в спальне слишком жарко.
                В половине пятого
                я увидел монаха:

он сидел в кресле
               около моей постели.

Немного, помолчав
монах сказал:

- О чем ты думаешь? О славе?
-  Да. В романе,
      который я  читаю,

изображен молодой ученый,
                который

делает глупости и чахнет
от тоски по славе.