Карачун. Божество морозной стужи

Зима, мороз и тьма сгущается так рано,
На окнах из узоров белых покрывало.
Есть день , точнее ночь когда,
Вся нечисть землю покидает в никуда.
Но прежде чем уйти ей нужно покуражить,
В людскую душу предстоит нагадить.

В канун когда меняются года,
И ночь становится длиннее дня.
Он бродит в синей шубе с взглядом леденящим,
Стучится в двери и твердит он голосом хрипящим:
"Я видел в хладном зеркале  , знаю ваши мысли,
Я знаю всё о вас , судья теперь для вашей жизни!"

И стукнув посохом морозный ветер гонит в дом,
Кто год грешил останется к утру покрытый льдом.
Я роковая тьма, морозной стужи божество,
Мне безразличны ваши просьбы, я не добро не зло.
Мой  урожай на поле зимнем, ваши души в темноте,
Весь год вы шли и вот пришли к своей судьбе.

Беспечность что за лето человек скопил,
И в зимней мгле в ловушку он в итоге угодил.
Кто бил жену и обижал детей весь год,
Коснётся длань его груди, ужасный ждёт исход.
Сквозь стены он войдёт и воздухе повиснет ледяная тишина,
Несчастный не проснётся, не пробудится от сна.

И в страхе люди заключают мрачный договор,
От участи зловещей откупится, избежать  позор.
Животных убивают и готовятся к обряду,
И девственницу юную ведут ему в награду.
Её дрожащее , живое тело примет карачун во мраке,
И заберёт с собой, людей оставив страхе.

На год его женой девица эта станет,
И за грехи чужих умрёт но в царстве холода восстанет.
Я роковая тьма, морозной стужи божество,
Мне безразличны ваши просьбы, я не добро не зло.
Мой  урожай на поле зимнем, ваши души в темноте,
Весь год вы шли и вот пришли к своей судьбе.
 
Растает мрак к утру на горизонте заблистает солнце,
И люди пробудившиеся взглянут в оконце.
По снежной пустоши, в тулупах синих под руки уйдут,
Старик седой и девица но через год с собой кого то заберут.
Под леденящий душу стон , шаги затихнут удаляясь,
И в река скованных прозрачным льдом ночами отражаясь.