Мы в прятки от зимы играли

Мы в прятки от зимы играли.
На улице мороз плясал.
Нас прятали трамваи —
мы в них как будто едем под Рязань
по рёбрам черноокой ночи.

Прощай-ка, мой восточный космодром,
нам теперь ехать на полвека дольше.
Ведь мир с тобой как будто чуть подрос
и возвеличился в глазах моих рассвет.
Я покажу ему любовь на ухо,
покуда в нём теперь — один твой цвет,
и небо — это красный угол.

Откуда нам с тобой помашут облака
и посидят немного на дорожку.
Весна, конечно же, конечно же, была,
но понарошку.
И отчего её не возлюбили?

Давай-ка, милая, пойдём со мной.
У полдня что-то взгляд какой-то рыбий,
и вечер велевает всем отбой.
А нас несёт безномерной трамвай,
и поцелуи прикрывают занавески.
Да хоть бы и Рязань,
хоть Переславль-Залесский —
мне ты везде есть дом.

И загляни в меня через дверной проём,
где помыслы почище четверга,
и что приказано календарём, —
любить тебя подольше навсегда.
Чтоб век бы тоже ревновал,
любить без вероятности и шанса,
любить, как будто бы никто и никогда,
кроме тебя, и вовсе не рождался.

Смотри, как будто бы никто не умирал.
Давай, пошли,
а то заждется лето.
И прятки кончены. И мы нашлись —
два пассажира. Без билетов.
Ты, вьюга, то попробуй оштрафуй,
давай-ка, дотянись, пурга,
пока тебя саму не выставили прочь.
А мы уехали с любовью
на юга
растить сирень
как собственную
дочь.
___
из любви, Ви.